Дочь дыма и костей

Внутренняя дверь отворилась, и Кэроу ступила через порог. Сбитая с толку, она уже приготовилась защищаться, но, увидев Бримстоуна, забыла обо всем.

Он сидел за столом, тяжело склонившись вперед, подперев одной рукой огромную голову. В другой руке, как в чаше, он держал счастливую косточку, которую носил на шее. С одного рога хозяина на другой, взволнованно щебеча, перепрыгивал Кишмиш.

– Что… с тобой? – нерешительно спросила Кэроу.

Всю жизнь она засыпала его вопросами, но этот задала впервые. Просто не было причин: он редко проявлял даже малейшие эмоции, не говоря уже о том, чтобы показать слабость или усталость.

Бримстоун поднял голову и выпустил счастливую косточку.

– Ты пришла, – удивленно и с облегчением произнес он.

Кэроу кольнуло чувство вины.

– Ты ведь знаешь, «пожалуйста» – волшебное слово, – сказала она, стараясь придать голосу беспечность.

– Я думал, мы тебя потеряли.

– Потеряли меня? Ты думал, я умерла?

– Нет, Кэроу. Я думал, ты ушла на свободу.

– Как?.

– Я всегда знал, что однажды перед тобой откроется путь, который уведет тебя от нас. Так и должно произойти. Но я рад, что этот день еще не настал.

Кэроу в изумлении смотрела на него.

– Серьезно? Стоило мне отказаться от одного поручения, и ты решил, что я исчезла навсегда? Да… Хорошо же ты обо мне думаешь!

– Отпустить тебя – как открыть окно для бабочки. Разве кто-нибудь станет ждать, что бабочка вернется?

– Я не бабочка!

– Нет.

– И что? Я больше тебе не нужна?

– Наоборот. Ты нужна мне, как никогда раньше. Говорю же, я рад, что ты уходишь не сегодня.

Кэроу понятия не имела, что когда-нибудь наступит срок покинуть семью химер, и у нее даже есть возможность сделать это по своему желанию. Она не хотела. Разумеется, будь ее воля, она не стала бы выполнять некоторые жуткие поручения, но это не значит, что она, как бабочка, бьется о стекло, чтобы вырваться на свободу.

Бримстоун подвинул к ней кошелек.

Поручение. Кэроу почти забыла, зачем пришла. Со злостью открыла кошелек. Дирхамы. Значит, Марокко. Она вскинула бровь.

– Изил?

Бримстоун кивнул.

– Но еще рано.

В последнее воскресенье каждого месяца Кэроу встречалась в Марракеше с расхитителем могил. А сегодня только пятница, к тому же – предпоследней недели.

– Пора, – объявил Бримстоун, указав на высокий аптекарский сосуд на полке.