Дети Света

Олва снова встала и на этот раз понесла тарелки в кухню. Чем-то громыхнула. Герд вздрогнул, поднялся и последовал за ней.

– Я все хотел спросить, – резко сменил он тему, ероша себе затылок, – а по чему ты лупила тогда утром?

– Лупила? – тетка, не мигая, уставилась на него.

– Ну, ты несколько раз вставала, заходила в кухню, а потом раздавались шлепки.

– Шлепки? – она нахмурилась. – Ааа, это я била по квашне.

– Квашне? – теперь пришла очередь Герда хмуриться.

– Квашня – это забродившее тесто.

А бьют по нему, ну, для того, чтоб, это, углекислый газ выходил, который замедляет, процесс брожения-то, – она улыбалась во весь рот.

– Понятно. – Герд кивнул и тоже улыбнулся. Ему было совершенно не понятно. Он уже выходил, когда вспомнил и обернулся. – Мне бы интернет для учебы-то.

– Хорошо, завтра возьму тебя с собой в город, в библиотеке-то он есть. Только встать придется рано.

Герд повторно кивнул:

– Спасибо. Спасибо за все.

Олва в ответ пожала плечами.

Глава 2.

Открытие

Первые несколько недель лил дождь, поэтому Герд почти не выходил из дома – боялся простудиться. Но потом метеорологи смилостивились и прояснили погоду, предоставив ему возможность прогуляться по округе. Герд не очень понимал, зачем впадать в такие крайности, когда можно было бы установить оптимальную температуру и просто поддерживать ее весь год. Так было бы, на его взгляд, намного практичнее и экономичнее, поделился он с теткой в один из тех пасмурных дней, надеясь в кухонное окно разглядеть просвет в затянутом тучами небе.

Олва пожала плечами и пробормотала что-то про необходимость отдыха для земли и о привычности смен времен года для людей. Но о какой привычке могла идти речь, если с тех пор, когда эти ярко выраженные переходы от зимы к лету и наоборот еще существовали в природе, миновала уже не одна сотня лет и те, кто их мог помнить, давно умерли? Но спорить он, разумеется, не стал, давно отучил себя от этой опасной наклонности.

В первый же погожий день Герд натянул резиновые сапоги и дождевик и бодро зашлепал по лужам по направлению к загону с овцами.

На пороге в нос ему ударил едкий запах фекалий, от которого защипало в носу и глазах, запершило в горле. Герд поморщился и заходить внутрь не стал.

– Сегодня я хочу пойти посмотреть озеро, – громко воззвал он в полумрак хлева.

– Возьми собаку-то, – отозвалась Олва откуда-то из глубин, – чтобы не заблудиться. Еще там есть лодка.