Сны богов и монстров

Впрочем, кошмаров не случалось уже довольно давно, и Элиза поддалась искушению пожить нормальной жизнью: обычная аспирантка двадцати четырех лет от роду, без особых денег – и без особых секретов. Диссертация, проблемы с лаборантами, получение грантов, съемное жилье.

Чудовища.

– Прости за переполох. Уже прошло.

Габриэль кивнул:

– Отлично.

Неловкая пауза. Его улыбка:

– Тогда… чашечку чая?

Чай. Как у обычных людей.

– Да. Спасибо.

Пока Габриэль возился в кухне, Элиза привела себя в порядок.

Натянула халат, ополоснула лицо, высморкалась, подошла к зеркалу. Опухшее от слез лицо, красное и зареванное. Ей часто делали комплименты, что-то там о прекрасных глазах. Большие, выразительные, с длинными ресницами. Угу. Особенно сейчас, когда от слез полопались сосуды. Она подправила косметикой то, что поддавалось правке. Глаза снова заблестели, но теперь в их сиянии было что-то слегка… безумное.

– Ты не рехнулась, – сказала Элиза отражению в зеркале. Привычная мантра. Необходимая. – Не рехнулась и не рехнешься.

А все отчаянные мысли… Загоним их подальше.

Со мной такого не случится. Я сильнее, чем остальные.

Обычно ей удавалось в это поверить.

Когда Элиза вышла на кухню, часы на плите показывали четыре утра. На столе ждал чай – а еще рожок сливочного, и ложечка приготовлена. Габриэль указал на него рукой и сказал:

– Кошмары надо заедать мороженым. Семейная традиция.

– Действительно?

– Ну да.

Элиза попыталась представить такой способ борьбы с кошмарами в ее собственной семье, но не преуспела.

Слишком яркий контраст.

Она потянулась к рожку:

– Спасибо.

Минуту молча жевала, потом глотнула чая, с напряжением ожидая вопросов, которые сейчас на нее посыплются.

Что же такое тебе привиделось, Элиза?

Ведь если ты не признаешься, как же я смогу тебе помочь?

Что с тобой творится, Элиза?

Все это она уже проходила.

– Тебе наверняка приснился Морган Тот, – сказал Габриэль. – Такой… с пухлыми губками?

Нет, пожалуй, подобного она еще не слышала.

Элиза невольно засмеялась. Морган Тот, ее вечный соперник и заклятый враг, и губы у него… действительно… Впору присниться кошмару.

Однако к ее делам он не имеет ни малейшего отношения.

Она попросила:

– Давай о чем-нибудь другом. Не хочу об этом.

– Об «этом»? – переспросил Габриэль, весь такой простодушный.

– Серьезно, правда.

– Ну, ладно.

Еще немного мороженого. Еще немного молчания. Повисшие в воздухе незаданные вопросы.