Гуляла смерть в фате венчальной (сборник)

Тут уж, как видно, мне прямо оттуда назначено: берись и не дергайся… – он ткнул пальцем в потолок. – Да и о том, что Стасу тоже доведется этой «радости» хлебнуть, внутренне догадывался. Но не думал, что ты прямо вот так, с ходу, подпряжешь и его.

Издав саркастично-утрированное «Ха! Ха! Ха!», Петр широко развел руками:

– По поводу этого происшествия мне с утра звонили из пяти вышестоящих контор. Пусть и не первые лица, но и с ними не поспоришь. А директива одна: расследовать как можно скорее! Любой сбой в изобличении и задержании преступника является ударом по инвестиционному имиджу России.

Ты телик еще не смотрел? Глянь! Мировые СМИ уже раструбили, что в России предпринимательство под угрозой криминала. Что, дескать, у нас любой бизнесмен – заведомая жертва безнаказанной уголовщины. Перефразируя Чуковского, это звучит так: не ходите, западные «дети», в Россию инвестировать. В России криминальные акулы, гориллы и злые крокодилы. Того гляди, опять затрещат индексы РТС и ММВБ.

– На себя бы посмотрели, «правдорубы» хреновы… – поморщившись, Лев сердито вздохнул.

– А-а-а!.. На себя – кто ж помои выльет? Вот теперь и будут мусолить соломинку в чужом глазу, не замечая бревна в собственном. Кстати, Стас там еще не появился? – Орлов поднял трубку телефона внутренней связи.

…Крячко о приглашении Гурова на свадьбу Золотилова узнал одним из первых. Когда Лев, получив бумагу с приглашением, направлялся в свой кабинет, вышедший от информационщиков Станислав, жизнерадостно ухмыльнувшись, толкнул его в плечо.

– Что такой озабоченный и кислый? – спросил он, являя собой образец безмятежности и беззаботности.

Отмахнувшись, Гуров показал ему приглашение:

– Идти туда не собираюсь, но где-то в глубине души уже заранее чувствую, что пойти все равно придется и геморроя с этим будет – воз и маленькая тележка.

Пробежав глазами по глянцу пригласительного письма, Крячко с утрированной завистью громко причмокнул:

– Надо же! Нашего Леву персонально приглашают на миллиардерскую свадьбу.

Интересно, в честь чего бы это? Ты им часом не родня?

– Ага! Родня… Как говорил один мой знакомый, наш плетень – троюродный свояк двоюродного деверя ихнего забора, – забирая приглашение, парировал Лев. – Петр не узнал бы об этом. Гарантирую: в любом случае заставит идти. Типа того, потолкаться среди бомонда, наработать перспективные связи и контакты. Надеюсь, Верочка язычок свой не развяжет.