Гуляла смерть в фате венчальной (сборник)

– Петр Николаевич, а не ты ли сегодня утром, можно сказать, заставил меня без пяти минут раскрытое дело передать другому? Не запамятовал? А теперь – снова «ку-ку»? Опять бросай только что начатое и берись за другое! – Крячко с саркастичным возмущением развел руками. – Ты же утром трындел про мировую шумиху и эти… Как их? Индексы РТС и ММВБ. Типа они падают. Что, отчего-то возбудившись, индексы уже опять встают?

Характерным жестом он поднял перед собой согнутую правую руку со сжатым кулаком. Недовольно поморщившись, Орлов хмуро буркнул:

– Ой, хватит острить не по делу! Думаете, это моя персональная прихоть? Знаете, какая с утра стояла истерика всемирного масштаба по поводу Золотилова?! Хоть святых выноси! А к обеду – вы не поверите! – все об этом уже и думать забыли.

Тут, понимаешь, сегодняшней вечерней порой – ну, когда у нас было утро, а в Америке вечер – у побережья Калифорнии пропал без вести мультимиллионер, который надумал понырять с аквалангом. Какой-то Рональд Хастлинг. Незадолго до заката пошел на погружение, ну и все – ни его, ни инструктора, ни двух охранников. Так что шумиха теперь уже не о нас. Меня уже и из министерства негласно уведомили – отбой, ребята. Можете не суетиться.

– Охренеть! Вот что значит эпоха информационных технологий! – Стас от души рассмеялся. – Кто-то где-то чихнул, а с другого конца света ему здоровья желают.

– Да уж, и в самом деле – охренеть… – Лев покачал головой. – Теперь все понятно. Шумиха утихла, и ты тут же нашел нам еще более значимое дело. Но, знаешь, Петро, мне в Париж ехать что-то не хочется.

Уж лучше я доработаю дело об убийстве Лещева. Тем более, говорят, мужик был очень хороший. Кстати, фамилия знакомая. Был у меня еще в восьмидесятых один Лещев, которого обвиняли в умышленном убийстве замглавы Мосгорисполкома.

– По-моему, что-то связанное с пьяной ссорой? – явив отменную память, Орлов внес уточнение.

– Ну, наподобие, – кивнул Гуров. – Его уже начали под «вышку» подпихивать. Но мне удалось доказать отсутствие умысла, и он получил только срок.

Такая вот история…

Стас, чуть зевнув, демонстративно потянулся и «с понтами» уведомил:

– А я принципиально не соглашаюсь менять шило на мыло. Как говорится в одном анекдоте: умерла так умерла! Никаких Парижей. Не променяю на Версаль свое любимое, родное Подмосковье.

С постным видом пожав плечами, Орлов почесал затылок.

– Ладно уж, копайте дальше в Подмосковье… – с нотками обиды обронил он. – Я думал, как вам лучше! Не хотите – не надо.