Все закончится завтра

Она лишь украдкой следила за его застывшим силуэтом, прислонившимся к стене недалеко от двери.

«Может, мне все снится? Боже, пусть это будет сном!» – едва сдерживая всхлипывания, взмолилась она.

Еще и мозг отказывался обрабатывать информацию. Хотя Элис изо всех сил пыталась заставить его работать – она же должна придумать, как ей спастись! Но все было бесполезно.

«Преступники не смогли открыть сейф», – единственное, что занимало сейчас ее мысли. Если бы у них все получилось, возможно, они бы оставили ее в живых.

А теперь им придется уходить ни с чем, и со злости ее могут просто застрелить.

Поэтому она очень хотела им помочь, но ничего не могла придумать. Голова гудела, в висках отдавался громкий быстрый стук сердца. Элис уткнулась лицом в колени, все еще надеясь, что это просто очень реалистичный кошмар.

Но она не просыпалась.

Секунды тянулись невероятно медленно, и молчание грабителя казалось ей ужасно долгим. Элис со страхом ждала, когда этот человек начнет говорить.

Убьет ли он ее? Но сейчас ей и вечности не хватит, чтобы придумать, как выпутаться. Деньги отчима она уже предлагала. Может, попробовать еще раз? Только более тактично, на любых условиях.

Элис услышала тихие шаги и подняла голову. Преступник подошел к ней ближе и не отрываясь смотрел на нее.

Это выглядело так странно. Она даже забыла, что хотела сказать.

– Сегодня кто-то приедет сюда? – также не отводя взгляд спросил он.

– Нет, – неуверенно ответила Элис.

Но, похоже, он на это не обратил внимания.

– Отчим? Друзья? Прислуга?

Элис наконец-то собралась с мыслями.

– Нет, сегодня же понедельник… уже… Джек будет на работе, он не приезжает сюда по будням. Друзьям без нас тут делать нечего, дальние родственники – тоже только по приглашению. Прислуга… она будет в среду, – дополнила краткий отчет Элис.

– Отлично! Но запомни, мне врать нельзя, – пригрозил бандит. – Ты меня поняла?

– Да, – отчетливо произнесла Элис, хотя это ей далось с большим трудом.

– Значит, сегодняшний день ты проведешь с нами.

Элис посмотрела на него очень удивленно, но потом все поняла.

Парень пододвинул к себе ближайший стул и сел, откинувшись на спинку.

Теперь его лицо освещал подрагивающий огонек керосиновой лампы, но Элис почему-то все равно не могла сложить образ целиком. Единственное, что она видела и осознавала, – миндалевидные голубые глаза, холодные, как мартовское утро. От них Элис не могла отвести взгляд.