Все закончится завтра

– А с какого места в доме ее будет видно на камерах?

– Спроси у Алекса, он точно знает, где камеры работают, а где – нет. Я знаю, что в спальных комнатах и у черного входа их вообще нет, – устало ответил босс.

– Хорошо, завтра утром предоставлю тебе всю информацию!

– И еще: ты должен сменить Стива через три часа. Он в машине, если что.

– Я знаю, не переживай. – Пит деловито похлопал друга по плечу и завалился спать на ближайший диван.

9.

Зеркало висело прямо перед Элис, но она его упорно игнорировала.

Кое-как взяв себя в руки, она умылась. Лицо от воды горело, глаза и кожу вокруг носа разъедало, словно из-под крана лилась кислота, а веки на ощупь были как маленькие резиновые шарики. Выглядело наверняка все еще хуже.

Ночь выдалась ужасная. Бандиты заперли ее в комнате для прислуги на нижнем этаже, там, где нет окон. Спасибо, хоть не в подвале без воды и электричества! По факту у нее были все удобства. Даже еда в холодильнике. Но кусок в горло не лез. Уснуть толком тоже не получилось.

Слезы с диким страхом не давали. Возможно, в короткие промежутки болезненного полузабытья ее мучали кошмары, но Элис этого не помнила. Не вспомнила она и план побега, который придумала. Или он ей приснился?

Часы показывали уже восемь утра, и Элис показалось, что именно сейчас за ней должны прийти. Она решила расчесать волосы и собрать их в хвост. Распущенные могут мешаться: вдруг все-таки удастся что-то предпринять и получится сбежать.

Случайно зацепившись взглядом за зеркало, Элис поняла, почему она его избегала.

До жути опухшие глаза превратились в маленькие щелки, лицо стало бледнее, чем обычно. А эти круги! Их как будто нарисовали синей шариковой ручкой!

«Неприятное зрелище», – подумала Элис и поняла: оказывается, настроению еще есть куда ухудшаться, как и всему, что с ней происходит. Еще вчера ей казалось, что разрыв с Ароном – самое ужасное, что может с ней случиться. И Вселенная сжалится над ней и обязательно преподнесет что-то хорошее в самые кратчайшие сроки.

Она же заслужила! Но нет. Все стало еще серьезнее! Все стало невообразимо плохо! И страшнее всего то, что это, вероятно, далеко не конец.

В предчувствии новой беды Элис снова хотелось зарыдать, но не было сил. Или слез уже не осталось… Она застыла у зеркала. Тело словно вросло в пол. Что это? Безразличие к своей судьбе уже накрыло ее? Так скоро? Но ведь еще рано сдаваться! Нужно хотя бы сделать попытку побороться за жизнь.