Что забыла Алиса

Она произнесла это очень быстро, чтобы врач в очках не успела войти и застукать ее за попыткой втихаря проверить факты.

– Две тысячи восьмой.

– Точно две тысячи восьмой?

– Совершенно точно. Второе мая две тысячи восьмого года, на выходные отмечаем День матери!

День матери! У Алисы это был бы первый День матери!

Только если год и правда две тысячи восьмой, он у нее будет вовсе не первый…

Если сейчас две тысячи восьмой год, то, значит, Ореху уже девять лет. И никакой он уже не Орех. Это сначала был Орех, а потом вырос до персика, до теннисного мяча, до баскетбольного, до… ребенка.

Алиса ощутила, как совсем некстати ее душит приступ смеха.

Ее ребенку уже девять лет.

Домашняя работа, выполненная Элизабет для доктора Ходжеса

К ужасу Лейлы, я оборвала на полуслове рассуждения о «визуализации плана» и переключилась на «олимпийскую идею». Я уверена, доктор Ходжес, вы с восторгом узнаете, что именно на этом этапе я делаю так, что люди лезут под стол в поисках некоего «таинственного продукта».

Буквально все приходят в неописуемое волнение и под столы, можно сказать, ныряют. Удивительно, что такие разные люди могут выдавать совершенно одинаковые шутки. Это только подкрепляет мое ощущение, что годы идут, но ничего не меняется. Я – лучшая иллюстрация к выражению «топтаться на месте».

Ого, через десять минут пойдет «Анатомия страсти»! Писание этого дневника ни в коем случае не должно мешать поглощению ежевечерней порции этой тележвачки. Пусть мой муж Бен говорит что хочет: если бы не этот экранный наркотик, я бы давно уже тронулась умом.

Пока мои студенты записывали на жесткой дешевой бумаге свои идеи по продвижению «таинственных продуктов», я пробовала дозвониться до Джейн. Понятно, что Джейн свой телефон отключила, и я, не сдержавшись, произнесла вслух «ё-мое», так что Лейла тонко и злорадно улыбнулась. Я обидела ее тем, что поменяла повестку дня, как будто повестка дня не имела ни малейшего значения, тогда как для нее это вопрос жизни и смерти.

Я объяснила ей, что с моей сестрой что-то случилось, я не знаю, в какой она больнице, и ищу, кто мог бы забрать из школы ее детей.

– Понятно, – ответила Лейла. – Но когда вы собираетесь заканчивать сегмент «визуализация плана»?

По-моему, такая сосредоточенность для сотрудника совсем неплоха, но, доктор Ходжес, не отдает ли она некоторой патологией? Что вы, профессионал, скажете на это?

Потом я позвонила маме и оставила сообщение на голосовую почту.