Последняя любовь гипнотизера

Лишь ехидно улыбнулась.

– Просто я думала о твоей преследовательнице, и вдруг всплыло, – пояснила она. – Я о том случае сто лет не вспоминала.

– Но это так не похоже на тебя!

– Знаю, но я была вне себя, когда он меня бросил. И постоянно думала о ней, не могла себя остановить, думала, почему он предпочел ее мне. Чувствовала себя так, словно вовсе перестала существовать. А когда я звонила ей, то чувствовала себя живой. Что-то вроде наркотической зависимости. После я сама себя за это ненавидела и решала, что никогда больше такого не сделаю, но потом вдруг обнаруживала, что опять набираю ее номер!

– И как ты остановилась?

– Не знаю.

Наверное, просто остыла, покончила с ним. – Джулия немного помолчала и добавила: – Знаешь что? Эдди-мясник потрясающе целовался!

– А разве у него не было козлиной бородки? – спросила Элен. – Такой жиденькой, похожей на клочок пуха?

– Да, а ты помнишь, как он засовывал пачку сигарет в рукав водолазки?

– Выглядело так, словно у него на руке опухоль выросла.

– А мне это казалось дико сексуальным.

Какое-то время подруги не произносили ни слова, а потом вдруг разразились отчаянным хохотом. Так могут смеяться только бывшие одноклассницы.

– Тебе бы поискать этого Эдди в «Фейсбуке», – посоветовала Элен, когда они наконец насмеялись вдоволь. – У него, пожалуй, теперь имеется собственный магазин.

– Ох, боже, я уж не настолько безнадежна, – парировала Джулия. – Как бы то ни было, я более чем счастлива в одиночестве.

«Все ты врешь, дорогая моя подруга», – подумала Элен, тайком изучая язык тела Джулии: сплетенные пальцы рук, сжатые губы.

Прошло уже два года с тех пор, как бывший муж Джулии сменил ее на более современную брюнетку.

Джулия вдруг подняла голову:

– Ты ведь не сочинила всю эту историю о преследовательнице, нет? Очень уж напоминает небылицы для твоих клиентов, и скрытое послание заключается в том, что я сама похожа на безумную преследовательницу, что мне нужно двигаться вперед и начать ходить на свидания.

– О чем ты говоришь?.. – Но Элен прекрасно понимала, на что намекала Джулия.

– Помню, как однажды ты рассказывала о том знаменитом гипнотизере, твоем идеале или что-то вроде того, ну, о парне, который носил пурпурный плащ.

– Милтон Эриксон[2 - Милтон Эриксон (1901–1980) – американский психиатр. Занимался медицинским гипнозом. Его взгляды на измененное состояние сознания послужили основой нейролингвистического программирования.], – вздохнула Элен.