Сквозь века. Первая часть. Занятие «не хуже других»

Он вступил в войска совершенно случайно, как, впрочем, почти все его товарищи, два года назад. Будучи девятнадцати лет от роду, сумел-таки уйти из-под отцовской опеки, из-под отцовской власти. Попросту сбежал. В чём был и куда глаза глядят. Рассчитывал наняться на корабль до Америки. И без малого через неделю, вполне закономерно, оказался посреди дороги: в довольно дорогой одежде, при дорогой шпаге, с парой очень дорогих лошадей, и – без денег и без выхода, между домом и морем. А главное – при слуге, который вот-вот поймёт, в какое дурацкое положение влип хозяин.

Чёртов репей! Харрада уж и так и эдак гнал его от себя – от самого дома гнал. Настырный Ренато не отставал ни в какую. Понятно: боится вернуться домой один. Старого-то господина боится ещё больше, чем молодого.

Молодой господин судорожно соображал, что же предпринять для «сохранения лица». Времени до обеда и, следовательно, до разоблачения оставалось совсем немного. Гордость позволила бы Михаэлю, потомственному дворянину, не есть самому.

Но не позволяла не накормить слугу. Продавать же что-то «с себя» – значит признать, что нуждаешься. Немыслимо.

Выручили вербовщики. Очень выгодное предложение: «призовая выплата» – сразу на руки, как дворянину, за вступление в полк. Плюс довольствие, экипировка, регулярное жалованье, содержание одной лошади. Плюс «воинские» – за каждое крупное сражение, если оно выиграно, разумеется. А главное – огромная честь служить в кавалерии элитного гвардейского полка. Он нужен королю! Вступление со своим конём только приветствуется.

Кроме того, вступив в войска, сын лишает отца всяких прав на себя. Теперь он принадлежит армии. Вот так!

Дон Михаэль решил свои проблемы, отправившись с нарядом вербовщиков, так кстати подвернувшихся, – и в расположении полка подписал контракт со Штурмовой Белой ротой: и чести больше, и оплата у штурмовиков – дворян максимальная, а срок службы меньше. И капитан Белой роты де Вилла-Лобос раздражал его менее других, что тоже важно.

Его записали. Но прежде чем причислить к элитным частям, сильно и незаслуженно обидели глупой просьбой снять камзол и рубашку – «дабы убедиться, что физически он развит не хуже, чем прилично дворянину его возраста».

Харрада взбесился! Но подчинился. Ему, как и всем, пришлось, стиснув зубы, пересилить себя и не скандалить: армия – это армия; деньги нужны были до зарезу – а теперь вот ещё и долги проклятым вербовщикам.[1 - Новобранцев из благородных заставляют раздеваться не просто так.