Строительный университет

Занятие прошло стандартно: разминка, отработка обязательных упражнений, свободное время. Правда, как оказалось, так было только в первый раз, так как Тренер (я прозвала мастера Свадура тренером) просто присматривался к нашим физическим возможностям, чтобы потом на следующих занятиях гонять уже по полной. Вот когда я в полной мере порадовалась, что у меня новое тело (спасибо машине преображения!). Будь я в своём старом теле, мне пришлось бы очень туго, а так прыгала и скакала наравне со всеми. Ну, почти наравне.

Предпоследней парой стояла философия континуумов, и вёл её мастер Саим Хелек собственной персоной. Возможно, философия континуумов и являлась одним из основных самых важных и нужных предметов нашей профессии, но была также самым нудным и самым труднопонимаемым, по крайней мере, для меня. Сколько себя помню, никогда не любила философию, нашу земную, все эти туманные рассуждения, постулаты и выводы были слишком для моего понимания. В университете ходило очень много слухов, как добрая половина студентов засыпалась на философии континуумов и вылетала с первого курса, и ещё, что «удовлетворительно» – это самая высокая отметка, которую возможно получить у мастера Хелека.

И вот тут меня накрыло с головой. Я попала! Мне ни за что не сдать. Но это не повод, чтобы не учить и не стараться.

С этими мыслями я села за стол, достала тетрадь, ручку и стала ждать начала урока.

Преподаватель вошёл в аудиторию ровно за минуту до звонка. Его появление вызвало у меня странное волнение, неприятным червяком завозившееся где-то под ложечкой, но я постаралась быстренько затолкать эти чувства поглубже.

Хелек прошёл к преподавательскому столу и, остановившись перед ним, повернулся к аудитории.

– Доброго дня, господа студенты, – практически с прозвучавшим звонком начал мужчина, обведя взглядом присутствующих, причём первые ряды, на которых мы с легкой руки Лисси снова оказались, вниманием не удосужил. – Меня зовут мастер Саим Хелек. Предмет, который я буду у вас вести, называется философия континуумов.

Записываем.

Хелек говорил ровно, но при этом его слова, словно гвозди, вбивались в мозг. В какой-то момент я даже начала подозревать ментальное воздействие, иначе чем объяснить мёрвую тишину, установившуюся в помещении с появлением преподавателя. Разве что слухи о его жёстком отношении к студентам правдивы и все боялись навлечь на себя недовольство, грозившее в итоге проблемами в дальнейшем.