Джек Ричер: Часовой

Ричер добавил еще в солнечное сплетение, но не сильно. Ему не нужно было вырубать его полностью, только усмирить. Во всяком случае, пока он не назовет имя. Тот сложился пополам, коленки его подкосились, и он смирно уселся на землю у ног Ричера. Но добиться от него слова Ричер не успел: послышался вой сирены. И через несколько секунд на улице замигали красные и синие огоньки.

– Не двигаться! Держать руки так, чтобы я их видел!

Голос был искажен мегафоном, но Ричер все равно узнал его.

– Ага, на этот раз ты у меня ляжешь мордой в тротуар!

Глава 6

В ту самую минуту, когда Ричера вели в здание суда, Сперанский спускался в генераторную.

Отчасти для того, чтобы проконтролировать, как там идут дела. И еще потому, что был возбужден и с нетерпением ждал горячей ночной работы. Может быть, даже не одну ночь, если бродяга окажется таким же живучим, как и журналистка. Пока он пребывал под землей, до него пытались дозвониться двое. Те же самые, что и раньше. Один на одноразовую трубку. Другой на трубку с защищенной линией. Только на этот раз, когда он поднялся из подвала, первым зазвонил защищенный мобильник.

– Ну что, дело сделано? – спросил Сперанский.

– Никак нет, – ответила трубка. – Группе пришлось свернуть операцию.

Сперанский подавил желание швырнуть мобильник в стену.

– Почему? В чем облажались на этот раз?

– Ни в чем не облажались. Решение было принято верное. Бродяга вышел из ресторана первым, Резерфорд задержался. Сделал вид, что собирается остаться, и группа заняла позицию и стала ждать, чтобы или взять Резерфорда, или убрать бродягу.

Потом все пошло непредсказуемо. Бродяга затеял драку. Ни с того ни с сего, прямо на тротуаре. Никто этого не мог предвидеть.

– Ну хорошо. И с кем он подрался?

– С тремя. Два здоровенных шкафа и один тощий. Скорей всего, местные. Раньше никто их не видел.

– И как он, пострадал сильно? В больницу отправили?

– Нет. Нисколечко. Расправился со всеми тремя. Легко. Раскидал, не сходя с места. Но как только драка закончилась, явилась полиция.

И его арестовали.

– А Резерфорд? Он не пострадал?

– Нет. Он не участвовал. Бог миловал. Он сидел в ресторане до последнего, а потом, наверно, незаметно удрал через черный ход в переулок. Видели, как он переходил улицу и вбегал в свой подъезд.

– Видели? А почему ничего не предприняли?

– Там все еще оставалась полиция. Ребятам пришлось дать ему уйти. Другого выхода не было.

– Ну и где сейчас Резерфорд?

– Дома, наверно.