Испанский капкан

– Да ладно уж, вина! – разочарованно пробормотал Крячко. – Хоть пирожок какой-нибудь перехватить! Узнаю полковника Гурова. Он прежде всего беспощаден к своим. Отсюда и его успехи на карьерной лестнице, зарубежные командировки и прочие блага, которые он выстроил буквально на костях своих подчиненных…

– Полковник Гуров беспощаден прежде всего к себе! – назидательно поправил его Гуров. – К себе! Вот откуда все блестящие успехи, отсвет которых падает даже на подчиненных, абсолютно этого не заслуживающих. В общем, кончаем трепаться и едем! Думаю, рациональнее будет все-таки взять такси, потому что с нашим знанием языка добираться на метро опасно.

Главное – объяснить таксисту, что нам нужен порт.

Объяснить это оказалось не слишком сложно – Крячко попросту ткнул пальцем в нужную точку на своем туристическом проспекте. Таксист оказался сообразительным и совсем не назойливым парнем – он довез своих пассажиров до места, ни разу не раскрыв рта. Мимо пролетали засаженные раскидистыми платанами бульвары, сверкающие зеркальными окнами небоскребы, преисполненные мрачноватого достоинства готические соборы, переливающиеся радужными блестками фонтаны, а таксист помалкивал, даже словечка не замолвив в пользу хотя бы одной достопримечательности.

Возможно, оценив степень языковой подготовленности гостей, он просто не хотел метать бисер перед свиньями.

Зато он быстро среагировал на тревожные нотки сомнения, появившиеся в диалоге Гурова и Крячко, когда те поняли, насколько велик морской порт в городе.

– Черт их знает, где у них здесь этот причал? – вертя по сторонам головой, пробормотал Крячко.

 – Вот и разберись тут! Главное, все не по-русски!.. А Петр тебе так расписал, будто здесь уже целая колония.

– Ну не здесь, положим, – возразил Гуров, – а на Рокамболе…

– О, Рокамболь! – со странным выражением сказал таксист и улыбнулся какой-то натужной пластмассовой улыбкой. – Исла русо!

– Во-во! Она самая! – обрадовался Крячко. – Нам бы только до этих «руссо туристо» добраться!

Таксист выслушал его и кивнул так уверенно, будто русский был его родным языком.

Он газанул и помчался мимо развернутой во всю ширь побережья портовой панорамы: мимо уткнувшихся в поднебесье подъемных кранов, мимо морских вокзалов, пассажирских причалов, белоснежных лайнеров, готовящихся отплыть в загадочную голубую даль. Гуров и Крячко с жадностью вглядывались в эту яркую волнующую картину, не успевая, впрочем, ничего толком увидеть, кроме мельтешения лазурных, золотых и белых пятен.