Талисман власти

– А я сделаю все возможное, чтобы следовать за ней, – возмутился конюший. – Поэтому прошу вас, хотя бы в память о том времени, которое я провел здесь, избежать ненужных сцен и отпустить меня.

– Я не могу.

Лайо почувствовал, что им, как и год назад, руководит решимость, с которой он выступил против отца, желая самостоятельно выбирать свой путь. На этот раз он не смог бы остановиться.

– Дайте мне лошадь и меч.

– Если не прекратишь ныть, я закую тебя в кандалы! – крикнул Неглар.

– Этим меня не удержать.

– Надо же, какие мы капризные! – взорвался начальник базы. – Ты знаешь, что идти на вражескую территорию опасно. Ниал только хотела спасти твою шкуру.

– Ниал захотела решать за меня, но я уже не ребенок. Я буду полезнее с ней, чем здесь. Это – не каприз, это – мое решение, – произнес Лайо твердо.

– Если таково твое решение, то ты мне не предоставляешь особого выбора.

Неглар позвал двух стражей:

– Заприте его в камере и охраняйте.

Стражи переглянулись, потом один из них сказал:

– Но… он же один из нас…

– Не обсуждайте приказ, подчиняйтесь! – отрезал Неглар.

Солдаты обернулись к Лайо. Оруженосец попытался было сопротивляться, но стражи были намного сильнее его, они быстро связали Лайо.

– Если вы думаете, что я сдамся, вы заблуждаетесь! – прокричал оруженосец, когда его уводили.

Лайо провел ночь взаперти, во влажной и темной камере. Сначала у него стали наворачиваться слезы на глаза. Он испытывал неприятное чувство беспомощности и чувствовал себя идиотом.

Ему казалось, что он снова переживает годы ученичества в Академии, когда он был слабее своих соучеников и все смеялись над ним.

Он провел ночь, думая, как бы сбежать с базы. При благоприятном стечении обстоятельств это могло быть не так уж трудно. Он не был врагом, следовательно, за ним не следили слишком усердно. Ему не связали руки и не обыскали перед тем, как посадить в камеру.

Лайо исследовал стены помещения. Они были сложены из больших квадратных булыжников, нагроможденных друг на друга, и казалось, что одну стену легко можно сдвинуть.

За день работы ему удалось бы сдвинуть ее так, чтобы расчистить путь для бегства. Юноша осмотрел свои карманы и обнаружил, что у него сохранился старый ножик, которым он пользовался, когда жил один в лесу перед тем, как стал конюшим Идо, а потом и Ниал. Лезвие было плохо наточено, но для его целей и такое отлично сошло бы. Ему нужно было только выскрести известь, скреплявшую камни.