Изобретатель смерти (сборник)

– Благодарить надо не меня, а Глеба и его товарищей – они были так решительно настроены, что их бы и танки не остановили, – улыбнулся ей Гуров.

– Я все знаю, но ведь это благодаря вам их пропустили, – возразила она. – И там, в павильоне, вы нас нашли.

– Не стоит благодарности: спасать людей – моя профессия. Наталья, я понимаю, что вам очень больно все это вспоминать, но мне нужно кое-что уточнить.

– Спрашивайте, – кивнула она. – Мне днем колют столько успокоительного, а на ночь еще и снотворное, что я уже не плачу.

– Тогда скажите, вы помните номер вашего столика в павильоне?

– Да, номер тридцать семь. Он был в третьем ряду как раз посередине, напротив сцены. Я еще обрадовалась, что девочкам будет все хорошо видно. И вообще, это был такой замечательный праздник, все так веселились!

– Наталья, ваш муж отметил тот столик, за которым сидели вы, и тот, на который упал первый светильник. Посмотрите, пожалуйста, все верно? – попросил Гуров и протянул ей схему.

Она взяла ее, посмотрела, опустила, задумалась, снова посмотрела, а потом сказала:

– Насчет нашего столика все правильно. А вот тот… Я точно помню, что он был самый крайний во втором ряду справа от нас.

– А вы случайно не помните, кто за ним сидел?

– Сначала никто, потом какая-то семья: муж с женой и двое детей. А потом вроде уже другая семья, но я могу и ошибаться, потому что… – ответила она, и ее губы задрожали.

– Все, мы уходим, – поспешно произнес Глеб.

– Да-да, Наташа, спасибо вам большое, и поправляйтесь, и вы, и девочки, – проговорил Лев, и они с Глебом вышли из палаты.

В машине Степан с нетерпением ждал Гурова, изнывая от любопытства.

– Поехали к Крячко – может, он уже вернулся, – садясь рядом с ним, сказал Лев. – А нет, так я сам пока все документы почитаю, отчеты уже должны поступать.

– Конечно, поедем, только сначала вы перекусите.

– Нет, потом, – покачал головой Лев. – Сейчас некогда.

– Лев Иванович, давайте договоримся.

Сегодня вы будете питаться, как положено. А вечером, вернувшись домой, вы почитаете в Интернете о том, что такое рак поджелудочной железы. Если сочтете эту болезнь достойным завершением своего жизненного пути, вы мне завтра утром так и скажете: «Степа, я хочу умереть от рака поджелудочной железы». И даю честное слово, что я больше никогда, ни разу ни о чем вам не напомню, потому что привык уважать чужое решение.