Вечное искупление

В их бытность смертными Дарси часто становился одержимым от очередной безумной идеи, настигшей его, после чего он с грациозностью элефанта (то есть, во что бы то ни стало) шел к поставленной цели, часто подбивая друга помочь ему. И не всегда получалось выйти сухими из воды…

– Ну да, такой вот ма-а-а-а-аленький экспериментик. Тебе понравится! – но хитрая морда вампира не предвещала ничего хорошего.

***

Мгла, полная нежности, обволакивала ее. Только непроницаемая чернильная мгла и больше ничего. И никого.

Она не чувствовала себя, свое тело. Она лежала? Или быть может летела? А может плыла?

Что за глупые вопросы?

Вопросы? Чьи вопросы? Ее? А кто это – она? Она точно существует? Нет, наверно это просто чей-то мимолетный сон.

А может это ее сон? И она скоро проснется и все-все вспомнит. Да, это наверняка сон. Какое-то внутреннее чутье подсказывало, что не бывает такого, чтобы совсем ничего не чувствовать. Но здесь, в этом странном пространстве, остались только мысли.

Сколько прошло времени? Секунда? Две? Целая эпоха, полная кромешного мрака?

Откуда-то из темноты на нее навалился страх, опутывая своими липкими щупальцами.

Нет! Нет! Не надо так! Это неправильно! Нужно проснуться!

Ее сознание, бьющееся в панике и агонии, всколыхнула нарастающая боль, выжигающая страх… Боль? Откуда она появилась? Но лучше чувствовать ее, чем совсем ничего.

Жарко… Или холодно? Она все никак не могла определиться со своими ощущениями, словно они сменяли друг друга со скоростью света.

***

– Знаешь, Дарси, давно хотел тебе сказать, – задумчиво протянул Иреней, глядя на то, как девчонка мечется по импровизированной постели. – Ты определенно безумец!

Вампир хрипло расхохотался, вспугнув всех птиц на лигу вокруг.

Утро, прогнав ночь, уже вступило в свои права, бриллиантовая роса сверкала в лучах ослепительного солнца, а те, кого простые смертные считали приспешниками князя тьмы, уже четвертые сутки сидели в обустроенном на скорую руку лагере в самой чаще леса, куда не забредет ни один охотник на нечисть.

– И все же… Неужели ты считаешь, что у нас получится? – Иреней уже несколько раз высказывал свои сомнения по поводу правильности решения и последовавших за ним действий. То, что они сделали, противоречило самой природе.