Фокус зеркала

О ноющих ссадинах по всему телу, оставленных наёмниками, разозлёнными его сопротивлением (уж они отыгрались на нём от души, когда удалось связать), он старался не думать.

Прикрыв глаза, волхв оценивал создавшееся положение и искал решение. Если Карачум убьёт его, Медведи о том не узнают, ибо никто не видел, как его украли и куда увезли. Если ему всё же удастся освободиться и спастись, тайну похищения придётся сохранить от Медведей, дабы не развязать войну, не стать причиной гибели и вражды двух племён, с которыми судьба крепко его связала.

Разве виноваты Харлиссы в том, что их вождь такой? Вожди меняются, а народы продолжают свой путь в грядущее. Заставить Карачума отказаться от задуманного? Но как?

Глава 5

Два волхва

– Двое часовых. Их надо обезвредить, – Баюр наблюдал сквозь ветви орешника за вялым, вразвалку обходом избушки на отшибе посёлка Харлиссов двух воинов, которым непонятен был приказ вождя. Их выдернули из артели рыбаков, уходящих в море на промысел – дело нелёгкое и хлопотное, требующее сноровки и опыта.

Но ДЕЛО! Слоняться здесь и изнывать от скуки – больше устанешь, чем в море. У них только-только начало получаться как следует, лодки даже соперничали меж собой, кто вернётся с бо?льшим уловом, а тут…

– Убить?! – с ужасом прохрипел Бартоломео.

– Всё бы тебе кровь проливать. Уйми свою кровожадность, Тамерлан!

– Шутки шутишь? Я твоего Тамерлана знать не знаю, так что ты меня не достал.

– Учись, Артур, как побеждать без крови, без выстрелов, одной только силой искусства.

– Что ты задумал?

– Для начала распределим роли. Спектакль должен быть бесшумным, коротким, впечатляющим. Само собой – без трупов. Но главное – убедительным в бессмысленности и гибельности его продолжения.

Заговорщики зашептались горячо и быстро, но всего договорить не успели, потому как к часовым неожиданно подошел Карачум, о чём-то заговорил с ними, поглядывая то на избушку, где лежал связанный пленник, то вокруг, на обступивший посёлок лес.

Не желая выпускать ситуацию из-под контроля, друзья затаились у ближайших кустов и услышали:

– Ничего тревожного не подметили? – острые глазки вождя пробежались по лицам воинов.

 – Как щенок? Молчит?

– Всё тихо, вождь. Даже в сон клонит, – воины лениво переминались с ноги на ногу, опираясь на копья. – Ходишь тут без дела.

– Как это без дела? Смотри у меня, проспишь щенка – сам без головы останешься.

– Да смотрим мы, – вступился за товарища напарник. – Только непонятно нам.