Александрит для нага

Белоснежные стены, шкафы с многочисленными склянками и колбами, какой-то столик с медикаментами…

«Все-таки та незнакомая девушка на платформе была права, и нас действительно, видимо, похитили для опытов», – с ужасом подумала я и невольно закричала:

– Помогите! На помощь! Спасите! На помощь!

От крика горло стало саднить, и голос моментально охрип. Послышалось шипение, а затем раздался строгий громкий явно мужской голос:

– Успокойся! Ты слыш-ши-ш-шь меня?!

Я пыталась понять, кто со мной разговаривает, но как не вертела головой из стороны в сторону никого не увидела.

Мужчина стоял вне поля моего зрения.

– Почему я не могу пошевелиться? Что со мной? – выкрикнула в ответ. – Что происходит?

– Ты делаеш-ш-шь себе только хуже. Расслабься! Скоро препарат, введённый в твой организм, полностью очистит его от всех недугов, и к тебе вернется возможность двигаться.  Главное, сейчас успокойся, иначе ты можеш-ш-шь навредить сама себе.

– Что вы со мной сделали?

Слова невидимого собеседника меня совсем не успокоили, и даже, наоборот, напугали еще сильнее.

– Что вы мне ввели? По какому праву? Отпустите меня немедленно.

От крика у меня невольно начался кашель, от которого я стала задыхаться. Послышался непонятный, довольно странный звук, напоминающий шелест пересыпающегося песка, а затем меня с силой встряхнули за плечи:

– А ты нам показалась уравновеш-ш-шенной особью со стабильной психикой. Неужели ош-ш-шиблись?

Вдох… еще один жадный вдох… и еще один… Я в ужасе смотрела на чудовище и не могла поверить своим глазам.

Передо мной находилось существо из сказок, огромный получеловек-полузмея, настоящий наг с длинным чешуйчатым черно-желтым хвостом.

– Даже не вздумай орать, – предупредил змей, грозно щелкнув по белоснежному полу подвижной конечностью, которая металась из стороны в стороны, и будто жила сама по себе, вне зависимости от своего хозяина. – Не разочаровывай меня.

Я невольно всхлипнула, и тут же последовало предупреждение:

– Не реветь.

И вообщ-щ-ще, заканчивай истерику, она ни к чему. Поняла?

Автоматически кивнула в ответ, не сводя взгляда с подвижного раздвоенного языка, который, словно розовая лента мелькал туда-сюда, между острых зубов.

– Замечательно. Тогда давай договоримся?  Я сейчас уйду, а ты тут спокойно полежишь-ш-шшь, и не будеш-ш-шь своими воплями беспокоить остальных девушек. Иначе мне придется сделать тебе успокоительное, а мне бы этого не хотелось.