Камни раздора

Но что из этого? Разве все убийцы – сплошь идиоты? Вот спроси у Льва Ивановича: бывают среди преступников умные люди?

– Охотно отвечу – да, бывают, – сказал Гуров. – Иногда такие сложные схемы преступлений придумывают – хоть в институт такого злодея бери, научной группой руководить. Или в крупную компанию, новые направления развития продвигать. Тут вы правы, Елизавета Петровна: глубокий ум не обеспечивает высоких душевных качеств, и умный, развитый человек вполне может совершить любое преступление.

– Но, если они такие умные, так все рассчитали, почему совершают ошибку за ошибкой? – продолжал недоумевать Приходько.

 – Зачем подсунули вам какое-то тело, пролежавшее в воде неделю? Разве они не понимали, что вы сразу разоблачите этот обман?

– Скорее всего, не понимали, – ответил Гуров. – Рассчитывали на то, что полиция заинтересована поскорее закрыть дело. Или на то, что тело утопленницы найдут попозже – тогда даже эксперты мало что сказать смогут. И ведь их расчет отчасти оправдался! Капитан Соловьев так сразу мне и заявил, что перед нами несчастный случай и расследовать тут нечего.

И если бы я заранее не вызвал сюда криминалистов и они не обследовали найденную утопленницу уже на берегу, после обнаружения, то ее тело, скорее всего, пролежало бы в морге несколько дней, прежде чем кто-то обратил на него внимание. Родственники бы на него и смотреть не стали – я же вам говорил, вид у тела ужасный. И утонувшую женщину признали бы за погибшую Ю. Егорову и дело закрыли.

– Хорошо, пусть так! – сказал Константин. – А потом что? Допустим, Юля с помощью сына смогла бы довести Вадима до второго инфаркта и он бы отправился на тот свет. А ей, Юле, от этого какая выгода? Ведь мертвые не могут вступить в права наследства!

– Возможно, она собиралась «ожить» где-то вдали отсюда, под другим именем, – отвечал на это Гуров. – Рассчитывала – и теперь еще рассчитывает, – что Юрий, вступив в права наследства, выделит ей часть богатств отца. Может, и какой-то другой расчет был, не знаю.

Я твердо знаю одно: в этом деле нет ни капли эмоций, никаких «люблю» и «не люблю». Только голый расчет, просчитывание ходов на несколько шагов вперед.

– Как же вы собираетесь поломать их планы? – спросила Лиза. – И вообще, как вы планируете довести дело до суда? Ведь пока что у вас нет никаких доказательств их вины, одни только предположения?

– Вы правы, Лиза, пока у меня на руках только предположения, – согласился Гуров.