Наследник для Аслана

– Я тебе позвоню, – мужчина шагнул к ней, наклонился, и прежде чем опешившая Виктория поняла, что происходит, мазнул по ее губам легким невесомым поцелуем. – Мой водитель зайдет за тобой ровно через час.

Раздался едва слышный стук. Аслан шагнул к двери и распахнул ее.

– Завтрак в номер, – послышался мелодичный женский голос.

– Проходите, – мужчина пропустил в апартаменты светловолосую улыбчивую девушку. Приветливо кивнув Виктории, она ловко переставила с тележки на журнальный столик тарелки, чашки, пузатый чайник, а потом, пожелав приятного аппетита, быстро ретировалась из номера.

– Мне тоже пора, – Аслан, окинул девушку пристальным взглядом. Он внутри урчал как сытый кот и был весьма доволен. Мужчина провел замечательную ночь, кроме того, его случайная избранница оказалась невинна, и он этому был рад тому, что первым открыл для нее путь в мир страсти и наслаждения. Аслан был не против продолжить с ней общение, именно поэтому решил, что его водитель отвезет Вику домой, а заодно выяснит адрес и номер телефона.

– Скоро увидимся, – Аслан подмигнул Виктории и спешно вышел из номера, плотно закрыв дверь.

Выждав несколько минут, девушка соскочила с кровати и заметалась по комнате.

«Как я могла связаться с бандитом? Как я оказалась в этом номере? Да что же это такое?», – Вика была в смятение. Она всегда мечтала о муже, семье и что все будет традициям, а теперь… Девушка не понимала саму себя.

Присев на край огромной кровати, она зажмурилась. Воспоминания стали возвращаться, но частично…

Вот она пьет шампанское, перед глазами все темнеет, и голова идет кругом. Следующее воспоминание – это их весьма нескромный танец с Асланом. Она, будто змея, извивается в руках мужчины, а он ее откровенно ее лапает. А потом перед глазами возникло воспоминание – обжигающие прикосновения, шепот, тяжелое дыхание, пронзительная боль и последующая эйфория…

Уткнувшись лицом в ладони, Вика прошептала: «Как я могла… С первым встречным… Да еще и бандитом… Куда я опустилась».

Девушка, вскочив, бросилась в ванную комнату, пытаясь отмыться от той «грязи», в которую невольно умудрилась вляпаться. Она не понимала, как могла поехать с незнакомцем, и не знала, как теперь жить дальше. Все ее жизненные устои рухнули, и внутри было полное опустошение.