Бездна

Нажарившись на тихом пляже с раскалённым песком, Стаська зябко ёжилась под ветром, с завистью поглядывая на косуху Коляна. Да, этот «мачо» не так глуп, как показалось вначале. По крайней мере, более практичный, чем они с Артёмом. Его куртке как неформальскому атрибуту на острове грош цена, зато в ней не продувает. И он учёл этот плюс.

– Что-то наш юнга филонит, – донеслось до Стаськи с кормы, она не сразу поняла, кого «капитан» наградил упрёком. – Пора палубу драить!

Девушка спохватилась, глянула под ноги и, перепугавшись, что лодка нахлебается сверх отмерянного ей терпения и пойдёт ко дну, энергично заработала ковшиком.

Участь «Титаника» этой лоханке, конечно, не грозила. Да и до острова осталось не так уж далеко. Сами они могут спастись и вплавь. Правда, голяком, без имущества и провизии… но это в крайнем случае.

То ли от страха, то ли от махания юнга разогрелась и разрумянилась, и когда подняла голову, в поле зрения нарисовалась песчаная кромка берега. Колян тоже смотрел на неё, но правил лодку не к заманчивому пляжному клину, а к раскидистой иве у воды, которая без устали полоскала свои косы в набегающих волнах.

Те даже пену пускали, словно смывали с кос шампунь. Артём оглянулся и, подняв лопасти вёсел, плавно перевёл их на борта, закрепил.

Когда лодка с разгону врезалась в шатёр ветвей, рулевой вскочил и, выпрыгнув на берег, обвязал верёвкой ствол дерева.

– Готово! Выгружаемся!

Стаська выпуталась из шелестящего занавеса, огляделась. А ничего так, очень даже… Судя по уверенной швартовке и такому удачному месту причала (ива накрыла лодку и от солнца, и от дождя, а днище – в воде, пусть разбухает), ребята давно облюбовали этот уголок природы и прежде наведывались сюда не раз.

Она подставила лицо свежему тёплому ветру, сощурилась от слепящего сине-золотого простора и от души выдохнула:

– Красотища-то какая!

Сосны услышали и порывисто зашумели, соглашаясь, зашушукались, заманивая в прозрачную тень.

– Колян, а до города отсюда далеко?

Пока Стаська осматривалась, парни разгружали лодку, пристраивая вещи в тени кустов.

Владелец лодки, наконец, снял свою косуху, с досадой убедившись, что (выражаясь на нефорском жаргоне) цивилы не тащатся от его улётной видухи и не впадают в депресняк от своей неполноценности в сравнении с ним. Если в городе пиплы были в отпаде от его прикида, даже тормозили и оглядывались, а кореша признавали его крутняк, оценивали типа: «Полный писец!», то этим все его дрессы сугубо фиолетовы.