Бездна

 – Я уже одной ногой на том свете была и схватилась за соломинку, – рука снова легла на грудь, нащупав спасительный конвертик. Теперь он не жёг, болтался на шее спокойно и незаметно, как всегда. И если б не случай, она никогда не догадалась бы, какая в нём заключена сила. – Поддалась озарению. Увы, других вариантов не было.

– Других и не надо, – Колян пришёл в себя, застегнул рюкзак. – Тёмыч, ты своё всё собрал? И Стаськино? Тогда валим! – и первым направился к двери.

– Хр-р-р-р-и-и-у-у-у-бр-р-х-х-бр-р-р!!!

Почему так дружно расхохотались её новые друзья, Инна сначала не поняла.

А когда до неё дошло (объяснения ограничились смачными комментариями Коляна), трепетно обхватила Стаську за локоть, радея за её равновесие и самочувствие. Для неё, Инны, она стала спасительницей дважды за ночь.

Лодку нашли на прежнем месте. Ветер успел выдуть из ивовых ветвей сырость дождя, и они колыхались занавесками над злосчастной посудиной. Ребята полезли проверять её работоспособность.

– О! Отлично! – завопил нефор, задрав зад над лодкой и шаря по дну.

 – А ты говорил! – огрызнулся он на Артёма, который проверял целостность противоположного борта, и с ужимками передразнил его: – Ухаживать надо за спортинвентарём! Видишь, как ухаживаю? Дёшево и сердито!

– Дождю скажи спасибо, – вяло отбрехнулся приятель.

– Я и говорю! – покладисто согласился тот. – Радуйся, Стаська, не придётся тебе горбатиться всю дорогу, вычерпывая воду!

Стаська подняла опрокинутое ведёрко у самой кромки воды. Пустое.

Наверное, свалило ветром, укатило. Вчерашний улов унесло в реку. Да. Знатная у них получилась рыбалка. И домой вернутся с пустыми руками. Да ещё потрёпанные снаружи и изнутри.

– Да в ней воды по колено! – вступила в спор с нефором Инна, заглянув через борт. – Она и без нас потонет, если столкнуть в реку.

– Зато течь прекратилась! – гордился хозяин судна, будто это его заслуга, и он всю ночь смолил и конопатил ненаглядное судёнышко.

– Откуда ты знаешь? Сквозь воду видишь?

Колян протянул ей ковшик:

– А вот отчерпай лодочную микстуру – сама увидишь, – оглянулся, стрельнул глазами по берегу: – Юнга! Отдыхай! За тебя сменщица работает!

Инна увиливать не стала.

Скинула ботинки, закатала до колен джинсы.

Сидя на брёвнышке у прополосканного ливнем и ветром кострища, Стаська видела только растрёпанный хвостик на макушке труженицы, засевшей в недрах их ненадёжного плавучего средства, да мелькающий ковшик с дугообразным выплеском «микстуры».