Одинокий папа желает познакомиться

Никогда!

– Почему ты так говоришь? – женщина нахмурилась.

– Потому что лечение не помогает, да и вряд ли поможет. В моей душе надежда почти угасла.

– А ты хочешь стать матерью?

– Очень, – искренне выдохнула в ответ.

– Но дети же это лишние трудности. С ними бывает нелегко. Они шумят, бегаю, прыгают и совершенно не слушаются.

– Когда в доме раздается топот детских ножек и заливистый смех – это огромное счастье. Я всегда хотела иметь двойню, но, видимо, не судьба, – в очередной раз вздохнула.

– Ох, – старушка качнула головой. – Судьба, штука непредсказуемая, никогда не знаешь, как она повернется в следующую минуту. Ты очень хочешь стать матерью?

– Очень, – искренне выдохнула я.

– Если чего-то сильно желаешь, это обязательно сбудется, – старушка ободряюще похлопала меня по руке. – Все будет хорошо, девочка. Вот увидишь.

– Надеюсь, – чуть улыбнулась я.

– Как тебя зовут? – внезапно раздался вопрос.

– Лиза, – ответила я и тут же добавила.

 – Елизавета.

– А это тебе маленький подарок, Лизонька, – старушка достала из старинного черного ридикюля тонкий серебряный браслетик, на котором был кулончик в виде голубого треугольника. – Он обязательно принесет тебе удачу.

Я взяла в руки украшения и, рассматривая его, воскликнула:

– Какое красивое, спаси…

И осеклась на полуслове, когда осознала, что на скамейке сижу одна. Посмотрела влево, вправо – на аллее тоже никого не было.

Вскочив на ноги, стала оглядываться по сторонам, не понимая, куда могла исчезнуть доброжелательная пожилая женщина. Но ее действительно нигде не было, она, будто просто растворилась в воздухе.

«А может, никого и не было? И мне все это привиделось?», – промелькнула мысль, но вот браслет в моей руке говорил об обратном, и это казалось очень-очень странным.

* * *

Я еще некоторое время сидела на скамейке, пытаясь понять, куда пропала старушка, а потом, надев на руку ее подарок, поехала домой.

На душе было паршиво, как никогда. Я привыкла быть сильной, стойко переносить все невзгоды судьбы, противостоять любым ударам, но сейчас глаза то и дело наполнялись слезами, и безумно хотелось завыть, закричать и выплеснуть всю ту боль, что разрывала мое сердце…

Притормозив у очередного пешеходного перехода, пустым взглядом смотрела на людей, которые торопились пересечь дорогу.