Ястреб

По давным-давно придуманной легенде люди Крота думают, что я его племянник и именно мне предстоит занять его место, но на самом деле это не так. Вряд ли он не продумал этот момент, и допустит, чтобы его империю растаскали стервятники. Скорее всего, не позволит… Наверняка он уже позаботился об этом и приготовил себе преемника. Только вот кто им станет? Сыновей нет, да и семьи тоже. Хотя старый жучара очень скрытен, и кто его знает, что там было в его далеком прошлом. Время покажет», – выбросив окурок, Ястреб завел мотор и быстро стартанул, желая как можно быстрее выбраться из логова криминального авторитета.

Плавно скользя по мокрой трассе, он размышлял над разговором с Кротом, пытаясь понять, что он задумал. «Старый паук, видимо, опять затеял какую-то аферу, в которой мне предстоит в очередной раз стать его пешкой, тайным козырем, сюрпризом для других участников этой игры. Просьба у него будет особая. Что же он опять задумал? И главное, так мягко стелет …, спасибо, сынок! Выручишь старика…, я отблагодарю, ты же знаешь.

Вот именно, что знаю. Крот никогда и ничего не делает просто так. Охрану увеличил, камер понавесил, залег на дно. Не к добру это, не к добру. Уже понятно, что он никогда не отпустит меня из своих цепких лап добровольно. Я крепко связан с ним, и каждый раз будут новые неотложные задания, личные просьбы, и отказ может стоить мне жизни. Что же, все предсказуемо. Я так надеялся, что мы сможем договориться. Не получилось. Надо валить из страны, пока не началась заварушка, но перед этим устроить Кроту такую ситуацию, чтобы ему было не до меня. Это позволит выиграть время и затеряться среди миллиарда других людей».

Начать новую жизнь Ястреб решил давно. Это произошло как-то в одночасье. Этот момент врезался ему в память, будто острый нож, оставив зарубку. В тот день он «убрал» очередного ублюдка, не угодившего Кроту и, глядя на распростёртое тело у своих ног, внезапно осознал, что не понимает смысла своей жизни. Когда-то ведомый местью Ястреб согласился работать на криминального авторитета, выполнять его особые задания, желая добраться до Монгола, убившего его любимую женщину, и незаметно для себя, он превратился в машину для убийства.

Виновника ее смерти он давным-давно отправил к праотцам, но желанная месть не принесла ни облегчения, ни удовлетворения. Прошли годы, но даже время не смогло залечить боль потери, просто через годы она притупилась, стала не такой острой, но постоянно жила в его сердце.