Вакцинация

На книжной полке стояли различные обучающие книги с яркими обложками. Среди них слева ровными рядами находилась вся серия энциклопедий «Я познаю мир», народные сказки, различные буквари с музыкальным сопровождением и многие другие популярные детские издания. А справа стопкой были сложены книги, по всей видимости предназначавшиеся родителям. Такие названия нечасто встретишь в среднестатистической семье: «Нейропсихология детского возраста», «Основы детской психиатрии», «Коррекция при нарушении развития высших психических функций у детей» и, наконец, «Ранние признаки аутизма и АВА-терапия».

На стенах комнаты были развешены семейные фотографии. На одной из них была небольшая надпись: «Анечка, мама и папа».

На ярком мягком напольном ковре был изображен Винни Пух и остальные герои советского мультфильма, поверх которых были разбросаны уже не нарисованные, а настоящие кубики и мячи разных размеров.

Опершись спиной о край кровати, в мягких розовых колготках и футболке того же цвета с принтом кота из «Шрека» сидела увлеченно занятая игрой хозяйка комнаты – та самая Анечка с фотоснимка.

За плотно закрытой дверью слышались громкие удары переворачивающейся мебели, сопровождающиеся криками отца и истошными мольбами матери остановиться. Слышалось это, как музыка, где-то далеко, на улице или в телевизоре.

* * *

– Какого хрена ты подслушиваешь мои разговоры?! – в глазах Алексея сверкала ярость.

У Алены мгновенно похолодели пальцы рук и ног.

– Чего ты добиваешься своей слежкой? – он грозно рычал на весь дом, как дикий огромный зверь, которого Алена не знала до настоящего времени, даже не замечала намека его присутствия в человеке, с которым жила много лет, – я думал, нам обоим давно стало понятно, как мы живем! Ради Ани, ты мне никто! Ясно?!

– Леш, да я же не подслушивала, – начала оправдываться Алена.

– Мне плевать, как ты услышала, это тебя не касается!

– Как не касается, если я теперь знаю. Как мне жить с этим?

– Я должен что-то сделать, ты понимаешь?! Ты понимаешь, что эта операция – решение проблемы нашей Анечки?

– Я…я, – Алена начала плакать, – зачем ты так со мной? Нельзя манипулировать Аней, мы же договорились этого не делать, – в глазах Алены читались глубокая обида и страх.