Противостояние. Часть 2. МУРЕНА

Двух недель не прошло… – я посмотрела на Димку и замолчала, по его щекам катились горькие беззвучные слезы, я присела рядом с ним и крепко обняла его. – Дима, все будет хорошо. Я ни кому не отдам вас. Слышишь? Никому.

Он крепко обнял меня, продолжая плакать.

– Извините, – проревевшись, он посмотрел на меня.

– Все будет хорошо, Дим.

– Тетя Настя. – Сеня протянул мне листок. – Вот, звонили сегодня. Поговорить хотели с Вами и с дедушкой.

Я посмотрела на листок – прокурор, следователь, адвокат…

– Вы обедали? – убрав листок, я снова посмотрела на ребят, они молчали.

Я встала и прошла на кухню.

– Что с обедом? – спросила я повара.

– Все готово.

– Тогда какого хрена дети до сих пор не обедали? Вы не видите, что Наталья Петровна отсутствует?

– Извините.

Повар принялась накрывать на стол, я вернулась в гостиную.

– Идите обедать, – сказала я ребятам.

Они прошли на кухню, я наполнила стаканы коньяком и присела рядом с Никитой.

– Недвижимость Данилы записана на ребят, счета тоже.

Если кто-то очень хочет, его могут лишить родительских прав. Причин хватает.

– Устанут лишать. Завтра съезжу, видно будет. Как Глеб и Федор?

– Глеб тяжелый. Федор попроще. Как только он сможет самостоятельно передвигаться, я сразу же отпущу его домой, Настя. Еще хотя бы с неделю.

Снова зазвонил телефон.

– Слушаю, – сухо ответила я в трубку.

– Добрый день. Я могу поговорить с Марком Генриховичем?

– Нет. Кто его спрашивает?

– Секретарь. На фирме необходимо присутствие генерального директора.

– Соберите совещание завтра на три.

– Хорошо. Всего доброго.

Я убрала трубку и хмуро смотрела перед собой, Никита хотел, что-то сказать, но не успел, в дом вошел охранник.

– Анастасия Марковна, Макар Наумович желает побеседовать с Марком Генриховичем.

– Проводи, – ответила я. – Часам к восьми собери мне всех бойцов.

– Есть, – ответил боец вышел.

Через несколько минут в дом вошел Макар.

– Здорова, – несколько минут он в оцепенении смотрел на меня, на него смотрела сосем не цветущая молодая девушка, которой я была совсем недавно, а скорее старуха.

Я и сама не узнавала себя, во мне изменилось все: поведение, речь, манеры, отношение к жизни… сейчас меня это мало волновало.

– Здорова. Присаживайся, – ответила я.

Макар присел в кресло и снова посмотрел на меня.

– Не реально сейчас с Марком поговорить, Макар. Говори со мной, больше один хрен не с кем, – я налила стакан и поставила его перед Макаром.