Каталог киллерских услуг

Вы, наверное, уже выяснили, что наша контора – всего лишь составная часть довольно солидной организации, и эта организация получала «добро» на самом верху.

– Ну, положим, не на самом, – сказал Гуров. – Но в чем-то вы правы. Кудасову вряд ли удастся вам инкриминировать что-либо серьезное. Однако беседу мы ведем без протокола, в основном упирая на мораль, Борис Иванович. Так вот насчет морали – душа-то у вас на месте? Сами ведь признаете, что помогали легализоваться черт знает кому.

– Я просто делал свой бизнес, – пожал плечами Храпов.

 – Сейчас люди занимаются и кое-чем похуже. Взгляните хоть на свое родное ведомство.

– Да, вам-то оно уже родным вряд ли станет, – заметил Гуров. – И критика ваша, как говорится, не в бровь, а в глаз. Одним словом, раскаяния мы не добились, давайте хотя бы адрес юриста, к которому собирался вчера Вельяминов, и закончим на этом.

– Скажу откровенно, каяться я еще не готов, – желчно произнес Храпов. – Вот как увижу, что начали каяться те, кто миллионами ворочал, так и я, может быть, подтянусь.

А до тех пор – ни-ни! А юрист, который с Вельяминовым сотрудничал, – это Бардин Георгий Владимирович. Он работает в одной из юридических консультаций, вы его там в любой день найдете с девяти до часу…

Храпов назвал адрес и поинтересовался, может ли быть свободным. Гуров не видел причин задерживать бывшего коллегу, тем более что ничего существенного тот больше сообщить не мог.

Когда Храпов ушел, Гуров сказал Крячко:

– Юрист это или не юрист, но Храпов, я считаю, категорически не причастен к убийству.

Я внимательно ознакомился с его делом, созвонился с его бывшим начальником. Храпов характеризуется как исполнительный и профессиональный работник. Однако у него действительно большая семья, и ему постоянно были нужны деньги. На этой почве он и с Вельяминовым сошелся. Из-за этого у него и на работе случился конфликт. Храпову предложили сделать выбор, и он выбрал Вельяминова. Все это время он служил Вельяминову верой и правдой и, видимо, неплохо зарабатывал. Зачем ему было рубить сук, на котором он так удобно сидел?

– Мало ли? – живо отозвался Крячко. – Его могли запугать – раз! Его могли купить – два! Личная неприязнь, наконец. Вдруг Вельяминов крутил с его женой?

– Твои предположения противоречат одно другому, – спокойно возразил Гуров. – И матери, у которых трое детей, обычно не крутят любовь. Но даже если такое случилось, то, по-твоему, выходит, что заказчик – сам Храпов.