Невозможная девушка

Улыбнувшись, она села в ожидавший ее экипаж, но до того, как лошадь тронулась, молодой человек успел схватиться за вожжи. Извозчик рявкнул на него, и Коре пришлось высунуть голову из окна повозки.

– Что тебе нужно?

– Что ты сказала охраннику?

– Если не разбираешься, поищи себе другую работу.

– Ответь!

– Сначала отпусти вожжи.

– Хорошо.

Кора вздохнула.

– Я сказала ему, что ты кретин и мошенник и что дашь ему всего пять долларов. Позже придут мои люди, а ты больше не вздумай сюда соваться. С ними будет мой брат, а он не такой воспитанный, как я.

Тебе лучше не попадаться им на глаза.

– Теодор.

– Что ты сказал?

– Меня зовут Теодор Флинт. Для тебя просто Тео. На случай, если тебе придет на ум еще какое-нибудь оскорбление.

Он отпустил вожжи, и лошадь резко тронулась. Кора упала на бархатные подушки. Она была рада, что наконец отвязалась от этого человека. Как только повозка повернула за угол, до нее донесся его смех.

– Кора Ли! Кажется, я в тебя влюбился!

Она обернулась и увидела посередине улицы Теодора Флинта.

Он отвесил ей галантный поклон. Кора поняла, что так просто он ее в покое не оставит.

Глава вторая

Когда Кора проснулась, Лия мирно спала в соседней комнате. На часах была почти полночь. Храп Лии был настолько громким, что Кора ощущала вибрацию в своей подушке. В те ночи, когда приходилось работать, она спала урывками, по три-четыре часа. Это было достаточно тяжело, но все же терпимо.

Кора зажгла масляную лампу, и углы комнаты осветились ее слабым желтоватым сиянием.

Она умыла лицо и посмотрела на себя в зеркало. Провела рукой по стриженым волосам, пригладила их на затылке. Подравнивать не было необходимости: волосы были достаточно короткие и, как и требовалось, в беспорядке. Кора сняла ночную рубашку и поежилась от холодного воздуха. Одежду Джейкоба Лия положила на стул в углу комнаты. Первыми Кора надела подштанники, доходившие ей до колен. Затем она утянула грудь длинным куском марли – под четырьмя слоями ее туловище выглядело абсолютно плоским. Конец мотка она перекинула через левое плечо и хорошенько закрепила его, так, чтобы марля не топорщилась и не стесняла движений.

Она сделала паузу и снова нащупала рукой свое таинственное второе сердце, биение которого повторяло пульс на запястье. За все время со дня ее рождения это второе сердце почти никак не проявляло себя. Один-единственный раз оно дало о себе знать. Тем вечером Кора внезапно пошатнулась, и изо рта у нее потекла пена.