Невозможная девушка

Она не стала бы подниматься: Джейкоб, как бы то ни было, заставлял за себя беспокоиться гораздо меньше, чем Кора. Он смог бы заблаговременно распознать то, что представляло для него опасность. К Коре же опасность могла подкрасться незаметно – достаточно было того, чтобы слух о ней долетел до докторов и анатомов острова.

Громко топая, Кора спустилась по лестнице и вышла из дома. Она взглянула наверх и заметила, что при виде Джейкоба некоторые соседи задернули занавески. Они его недолюбливали: он выглядел и вел себя слишком грубо для этой части города.

Но он выходил только ночью, а в дневные часы все видели только Кору с ее милой улыбкой, к тому же платила она регулярно – вот хозяин дома и терпел ее братца.

Тишину на улице нарушало потрескивание фонаря на углу. Прямо напротив дома Кору ждала крытая повозка. В ней сидели двое из ее банды: Том по кличке «Монах» и Отто, которого все называли «Котяра». Тома прозвали Монахом потому, что его жена, перед тем как сбежать от него в Калифорнию, вылила ему на голову кипящий суп.

От ожога у него выпали волосы на макушке, что напоминало монашескую тонзуру. Отто был тощ как палка от метлы. Сзади на поясе он всегда носил отрезанный кошачий хвост – никто точно не знал, почему. Каждый выходной он выигрывал бешеные суммы на собачьих боях в «Крысиной норе» Кита Бернса, а по будням занимался расхищением могил.

Кора сплюнула на землю и понизила голос:

– Где остальные?

– Ждут на кладбище, – ответил Том.

Он зевнул, достал из кармана кусок мясного пирога и начал есть его, не предложив остальным.

Самое время для завтрака.

– Атаманша сегодня не с нами? – спросил Отто, перемигнувшись с Томом. Кора уже давно привыкла к их похотливым замечаниям о ее красоте.

– Нет, – буркнула Кора. Она достала из кармана нож и стала ковыряться им в зубах. – Чур, на сестру глаз не класть! А кто не понял, я их тому этим ножом вырежу и сварю себе на завтрак.

Том и Отто притихли. Им не хотелось связываться с Джейкобом. Из-за одной сальной шуточки по поводу Коры их бывший коллега заработал себе шрам на пол-лица.

Впоследствии он даже ослеп на один глаз оттого, что в рану попала инфекция. Ходили слухи, что после этого он уехал строить канал Эри с «более цивилизованными людьми».

Кора спрятала нож и запрыгнула в повозку. Она бросила взгляд на прикрытую тряпкой кучу инструментов. Там лежали деревянные лопаты (от них было меньше шума), топор, несколько сложенных простыней, железные прутья, чтобы ломать ими цепи, и хорошая пила.