Невозможная девушка

Кора вошла в гостиную, где уже был накрыт стол к завтраку. Яйца всмятку! Нет, Лия все-таки просто прелесть! За столом сидел Александр. Он никак не поприветствовал ее, уткнувшись в свежий номер «Курьер энд энквайер». Когда Кора была маленькой, он всегда встречал ее объятиями, а иногда даже поцелуем. Сейчас же он вел себя сухо и формально. Ей так не хватало тех старых времен.

Александр был высоким мужчиной приятной наружности. Ему было уже под сорок, на голове у него виднелось много седых волос. Он еще не растолстел и не обрюзг, как многие в его возрасте, – наоборот, выглядел очень подтянуто, как бродвейские денди.

В отличие от этих щеголеватых прожигателей жизни, одет он был скромно. Он знал, что красота – это вовсе не шелка и жемчуг. Но что Коре нравилось в нем больше всего – так это его руки. Это были руки скульптора: с длинными тонкими пальцами, сильные и нежные одновременно.

– Как идут дела на работе, Александр? Что с восковыми фигурами? – небрежно поинтересовалась Кора, разливая чай.

– Все отлично плавится, тянется и иногда ломается.

Александр убрал с носа очки.

– Бог мой, Кора! Ты вся в синяках. Видела бы тебя Шарлотта.

Кора положила себе на тарелку булочку и сделала глоток чая. Каждый раз, когда Лия или Александр упрекали ее за образ жизни, неизбежно всплывало имя Шарлотты. Действительно, что бы она сказала? Расстроилась бы? Поддержала бы ее? Кора надеялась, что на небесах ее мать и тетя не занимались обсуждением ее выбора, хотя бы потому, что она сделала его под влиянием их жизни.

Это Шарлотта первой придумала, как зарабатывать неплохие деньги на кладбищах. Она сообщала резуррекционистам ценные сведения. Пользуясь полученным ей великосветским воспитанием, она вполне чувствовала себя в своей тарелке на кладбищах для богачей – никто даже и не сомневался, что она приходится родственницей кому-нибудь из покойных. Шарлотта способствовала тому, чтобы могилы богачей постигла та же участь, как и могилы простых людей.

– Я думаю, – задумчиво сказала Кора, – что она мной гордилась бы.

– Сомневаюсь, – холодно парировал Александр, складывая газету.

– Ну и зря.

Вошла Лия, вытерла руки о передник и уселась напротив Коры.

– Как ты разговариваешь с дядей, Кора? О манерах совсем забыла.

Манеры. Одного этого слова было достаточно, чтобы та самая Кора, которая по ночам выкапывала трупы, раздавала тумаки мужчинам и утягивала себе марлей грудь, сразу же замолкала. Александр не был ей родным дядей, но она считала его таковым.