Шелковый тревожный шорох

А то еще было такое предположение: может, он какой секрет знает, чтоб плодородие почвы улучшить, для этого и копает глубоко? Ну или там, новый способ изобрел картошку сажать? Или дренаж устраивает?

– Он мне про девочку рассказал, которая возле мостика самородок нашла. Это правда?

– Это как раз правда. Может, такая находка его и натолкнула на мысль. А про себя, значит, он не рассказал? Поскромничал?

– Не рассказал. Но в гости пригласил. Обещал показать фотографии старого Ильменска.

– Чего-о-о-о? – у Чучи от удивления буквально челюсть отвалилась.

– А что такое? – обеспокоилась Зоя Васильевна.

– Да то, что в гостях у него мало кто бывает. И если уж он кого-то изредка приглашает, то баб помоложе, для естественной надобности, мужик-то нестарый. Он возраста как сосед мой, Гена. С чего это ему в ум пришло незнакомую старую тетку в гости зазывать? Извини, конечно. Может, это и не с ним ты разговаривала?

– Сказал, Лесная, восемь, милости просим! И собака у него, зовут Детдомовец.

– Нет, – засмеялась Татьяна Семеновна, – зовут ее, то есть его, Голден.

– Как-как?

– Голден!

– Но это же… золото по-английски?

– Вот-вот! Я же и говорю, он на золоте зациклился, прямо пунктик у него. А ты говоришь, не гоняется!

– Я ничего не говорю, просто предположила. И много у вас здесь таких… на золоте зацикленных?

– Да ну, глупости! Живут люди обычной жизнью, по обыкновенной земле ходят.

– Ну, не совсем по обыкновенной. Город-то ваш и образовался благодаря тому, что на золоте стоял.

– То золото в земле! Его геологи ищут да на приисках добывают. Это раньше старатели ковырялись, где хотели. Да и не стало его теперь столько, как и в вашей Волге рыбы. Во всяком случае, в промышленных масштабах поблизости от Ильменска его уже не добывают. Большинство уральцев золото видят в ювелирных магазинах, когда обручальное колечко покупают или, там, серьги жене в подарок.

– А почему, все-таки, Голден – «Детдомовец»?

– А Андрюха его еще и беспризорником кличет. Пес у него уж очень гульливый, прямо повернутый на собачьем сексе, как хозяин на золоте. Как бы далеко не бегала собачья свадьба, он учует и сбежит. Ни цепь его не удержит – скинуть умудрится, ни забор – подкоп сделает. И домой по своей воле не возвращается, его уже знают в округе, подкармливают иногда. Набегается, к ближним улицам начинает потихоньку подбираться.