Яблоня от яблочек

Давай догоним его, и ты просто подойдешь и спросишь, не Купцов ли он? Что тут особенного? Чего мы заморачиваемся?

– Тебе легко говорить, а у меня сердце прямо выпрыгивает!

– Сердце, по идее, и должно тебе подсказать. Как-нибудь екнуть, ускорить ритм, замереть, а то чего оно у тебя без дела колотится? Вообще, я тебя не узнаю! И зачем тогда заварила эту кашу?

– Давай еще немножко походим за ним, – пропустила Рая мимо ушей подколку Зои.

– А если твое сердце вообще тебе ничего не подскажет? Мы что, теперь до вечера за ним ходить будем? – вконец разозлилась Зоя.

 – Пока твоя аритмия в хроническую не перейдет?

– Ну еще немножко, потом подойду, честное слово.

– И никакая ты не матерая чиновница. Ты просто тургеневская девушка. Прямо робкая лань передо мной! Как ты там от жалобщиков отбивалась?!

– Ну хватит уже злобствовать, я тоже тебя не узнаю. Никакая ты не библиотекарша, просто цербер какой-то! Как ты с интеллигентными людьми работала?!

– Ну, давай, только недолго, а то я уже притомилась ходить-бегать.

Такой марш-бросок! – устыдилась Зоя. – Вообще-то, Уинстон Черчилль однажды сказал, что если тебе предстоит пройти через ад, нужно просто идти как можно быстрее.

– Как-как? И то правда! Ну ладно. Пойду, – воодушевилась Рая, подстегнутая Уинстоном Черчиллем.

– А вон и скверик впереди показался! Потом еще там посидим после твоей разведки, ага?

– Если не Купцов – ага, а если все же он, – сама понимаешь, по обстоятельствам.

– Давай, иди! С Богом!

– Пошла!

… Потом- то, в итоге разведки, и пришлось Рае воспарить и не слишком удачно приземлиться.

* * *

… Приблизившись к лавочке, дамы все же притормозили в нескольких шагах. Хоть приближались они не на цыпочках и даже разговаривали не понижая голоса, демонстрируя таким образом друг другу свое бесстрашие, мужик делал вид, что не замечает их приближения.

Во всяком случае, позы не изменил. В отличие от прошлого раза, когда он поджидал Раю, свирепо постукивая по ладони скрученной газетой (ах, как я зол, как я зол!), сейчас он никак на дам не прореагировал, даже головы не поднял. Не то уснул?

Раиса Георгиевна опять вскипела.

– Молодой человек, – тоном великосветской дамы, но с визгливыми нотками базарной торговки обратилась она к повесившему голову Купцову-не-Купцову.