Яблоня от яблочек

Граната хоть и оказалась учебной, но этого же никто не знал, и могло случиться самое худшее.

– Вот именно! – сказал (проорал) генерал на планерке в числе прочего. – Могло случиться самое худшее в результате твоей самодеятельности! Ты подверг опасности людей! Тебе западло было дождаться ОМОНа, популярности захотелось? Вот я от себя лично тебя поощрю строгачом, а в качестве губернаторского поощрения заменю его просто выговором и назначу служебное расследование.

А теперь идите все работайте, пионеры-герои!

Вернувшись в свой кабинет, полковник достал чистый лист бумаги и написал заявление о предоставлении ему очередного отпуска, который как раз приближался. Это был редчайший случай, когда он уходил в отпуск согласно графику. К просьбе об отпуске Вадим Сергеевич присовокупил строку: «с последующим увольнением по выслуге лет».

– Мы за эти дни такое пережили, – подытожила Лида с тяжким вздохом. – Я боялась к нему подойти.

Вадик, конечно, старался держать себя в руках, но атмосфера в доме была грозовая. Полжизни – псу под хвост. Он и в санаторий надумал ехать, чтоб на мне не сорваться. Чтоб не мелькала у него перед глазами каждый день моя тревожно-вопросительно-сочувствующая физиономия!

– Ну зачем так мрачно, – с долей снисхождения решила утешить гостью Раиса Георгиевна, – жизнь-то ведь на этом не кончается. Еще ни один силовик без работы не остался.

В охранные структуры подастся. Пенсию-то ваш муж выслужил?

Лидия Федоровна смерила ее пренебрежительным взглядом – что б ты понимала! Приехала тут! Подруга юности…

– При чем тут пенсия? – снизошла Лида до объяснений. – Это вся его жизнь – преступников отлавливать. Он ничего другого и делать-то не умеет. Он зачахнет без этой своей проклятой работы!

– Ну а чего тогда обиды копить? Что, у него никогда взысканий не было? – продолжала Раиса Георгиевна мерзким чиновничьим тоном – она не могла вот так легко простить этой «подруге Лиде» выматывающих часов в полиции.

– Были, – вздохнула Лида, – но тут все по-другому, понимать надо. Несправедливо. Он же не ради бравады рисковал.

– Просто у Вадима Сергеевича наступила психологическая усталость, – включилась Зоя, разруливая ситуацию, – у него случилось профессиональное выгорание.