Не единственная

Выглянула из-за угла, чтобы понять, куда он пойдет дальше. Главное – не встретить никого из слуг, а то ее поведение может показаться странным…

Он свернул направо. Аньис опрометью кинулась к следующему углу. Сердце бешено билось от азарта, кровь прилила к лицу. Выглянув второй раз, она увидела, что он скрывается за правым поворотом еще одного коридора. Аньис побежала за ним… На всякий случай быстро сняла туфли, чтобы не топать…Взяла их в руку.

А когда она выглянула за четвертый поворот, то резко уткнулась взглядом в обтянутую черным мускулистую грудь и меховой хвостик, свисающий до пояса.

А рядом была неприметная белая дверь. Сердце ушло в пятки, кровь отлила от лица.

– Ой! – ляпнула она и посмотрела на его лицо. Он слегка улыбался.

– Аньис, – спокойно сказал он, – не нужно следить за мной. Если хочешь что-то узнать – просто спроси.

– Хорошо, господин… – пролепетала Аньис, мечтая провалиться сквозь землю от стыда. И интересно, как он ее заметил… – Простите, господин…

Отнекиваться было бесполезно.

Что еще она могла делать в отдаленном флигеле, куда не ходил никто, кроме него? А теперь он стоял напротив, буквально в полутора шагах от нее. Такой уверенный, красивый. И воздух вокруг него был густой, пропитанный его силой и спокойствием. А от взгляда подгибались колени…Особенно, если учесть, что как раз ее босые ноги он сейчас и разглядывал.

– Хорошо, – кивнул он в ответ на извинения. – Так что ты хотела узнать?

Аньис помялась, но честно ответила, опустив взгляд:

– Я хотела узнать, куда вы идете… Что за этой дверью… Сюда ведь больше никто не ходит…

И отважилась снова посмотреть на него.

А он вдруг рассмеялся. Резко блеснули белые зубы, в черных глазах мелькнул задор, смешанный с пониманием.

– Ясно, Аньис… А просто спросить у Тиарны ты не догадалась или сочла неинтересным. За этой дверью мастерская, где я пишу картины.

– Вы художник? – удивилась Аньис. От его спокойного ответа стало легче.

– Да.

В белой гостиной есть мои картины. Можешь посмотреть, если хочешь, – ответил он и выжидающе посмотрел на нее.

– Хорошо, господин. Спасибо… Простите меня… – прошептала Аньис и снова опустила взгляд. Смотреть на него было невыносимо, как будто он был одной из залитых солнцем прекрасных статуй в Великом Храме, где она побывала в детстве.

– Иди, Аньис, – мягко сказал он. – В следующий раз просто спроси, прежде чем шпионить. И надень туфли, пол холодный.