Невеста смерти

Впрочем, на дороге не было свежих следов колес, это немного настораживало. Значит, никто тут давно не ездил, и ближайший населенный пункт не так близко…

Наверно, прошел час, а она отшагала несколько километров, когда вдали показался просвет. Алиса поспешила туда. Лес ей уже порядком надоел, она устала, и, к тому же накатывало разочарование.

Она бегом бросилась к просвету… И замерла, остановившись, как вкопанная. Прямо перед ней был все тот же красивый сад и особняк чуть на отдалении.

Выходит, она прошла по кругу… «Ну не могла я потерять направление…» – растерянно подумала Алиса.

Что же… Алиса устало вздохнула. Будем делать заметки на деревьях… Прямо как следопыт, усмехнулась она себе.

… Она заходила в лес по разным тропинкам, в разных местах. Сходила с тропинок и шла прямо через чащу, спотыкаясь и теряя тапочки время от времени. Сделала еще пять кругов. Выбилась из сил и проголодалась. Но загадочным образом, лес снова и снова приводил ее к особняку с садом.

На пятом круге, когда она увидела впереди просвет между деревьями, то просто остановилась на тропинке и заплакала.

«Все пути ведут в Рим», – вспомнилось ей. А вслед за этим в голове всплыл голос Доминика: «Не пытайся убежать. Все равно не сможешь. Только устанешь».

Вот так… Она действительно устала. И ничего не добилась. Как вообще ему это удалось?! Ну как такое возможно, что все дорожки, рощицы и болотца приводят к его дому?!

Алиса стояла на тропинке и размазывала по лицу бессильные слезы.

Неожиданно позади нее раздался хруст сминаемых кустов, какое-то шевеление. Паника ударила в горло, Алиса резко обернулась.

Не более, чем в пяти метрах от нее, стоял медведь.

Глава 6

Настоящий медведь. Большой, видимо, матерый, но весь словно плюшевый и коричневый, только морда темнее, почти черная. Выглядел он совсем безобидным – наклонил голову, словно спрашивал Алису, нельзя ли к ней присоединиться, передние лапы скромно сложены крест-накрест.

Перепуганная за это утро Алиса, не смогла испугаться еще сильнее. Медведь сейчас показался даже чем-то естественным, лучше чего-нибудь ужасного потустороннего. Да и выглядел он совершенно безобидным, хоть Алиса знала, что это может быть обманчиво.

– Мишенька, миленький, только не ешь меня, пожалуйста… – прошептала она.