Невеста смерти

Просто плевать… Пошел он со своими непонятностями! Надоело!

Спустя полчаса, расслабленная и чуть-обновленная, она вытерлась полотенцем, которых было сколько угодно на тумбочке возле ванны, из вредности бросила его на пол. Она что должна убираться у него? Нет. Будет вести себя, как в гостинице.

Побродила по шикарным комнатам, подумывая пойти поискать на кухне еще еды, заодно… все же помыть оставленную в раковине посуду. Но не дошла до кухни. Свалилась на старинный диван в стиле барокко в одной из комнат. И заснула.

Разбудило ее прикосновение к плечу. Она открыла глаза, и адреналин волной ударил в кровь. Доминик сидел на краешке дивана, его горячая рука лежала у нее на плече. И … он был обнажен по пояс.

Вместо черного плаща можно было любоваться упругими кубиками пресса под смуглой кожей и мощной накачанной грудью.

– Я ведь говорит, что устанешь. И Ганс тебя напугал, – своим серьезным деловым тоном сказал он.

«Ганс?», – подумала Алиса, не сразу сообразив, о ком он говорит. Внезапное пробуждение и горячая рука на ее плече вышибали мысли из головы.

Да и его обнаженный торс вызывал завороженное смущение пополам с тревогой.

– Ганс? Медведь ручной? – спросила Алиса, подтянулась на руках и села, попутно выскользнув из-под его ладони, которую он явно не собирался убирать.

Дистанция между ними увеличилась, ей стало поспокойнее. Хотя… ощущение от его близости по-прежнему было странным. И страшновато, и как-то приятно, его тело источало такую силу, что хотелось находиться в радиусе действия этой силы.

«Хоть бы футболку надел, качок», – подумала она. – «Специально что ли своими мускулами светит передо мной? Думает, отдамся? Ну уж нет!»

– Да, мой медведь. Но не бойся, в сад ему ходить запрещено, – как-то слабо и криво улыбнулся Доминик, а Алиса вдруг сообразила, что это значит.

– Так значит, ты наблюдал за мной! – почти крикнула она. Столько раз за день думала об этом, но почему-то, когда оказалось, что так и есть, стало прямо таки обидно.

– Я боялся, что ты упадешь в лесу от усталости и послал Доминика привести тебя домой, – невозмутимо ответил он.

– А чего же сам не пришел, раз все видел? – ехидно спросила Алиса, просто не удержалась. Правда где-то глубоко внутри испугалась собственного тона. Опять рискую рассердить психа, подумалось ей… Хорошо, что он такой невозмутимый. Ни в ту, ни в другую сторону. – Думаешь, медведь не такой страшный, как ты?

– Я не мог прийти сам, был далеко отсюда, – словно нечто очевидное ответил Доминик.