Невеста смерти

Но есть и те, кто понимает подводные камни, что таятся в этой заманчивой перспективе. А главное, встает вопрос как именно жить. Где, с кем, в каких условиях…

То, на что обрек ее Доминик – теперь понятно, что по своей прихоти, она просто понравилась ему внешне, и он захотел любоваться ее красотой, пока не надоест, как вот он любуется своим садом… – это бесконечная скука и одиночество. Одиночество в золотой клетке, из которой она не может выйти, просто потому что иначе умрет. Одиночество с пушистым медведем и этим потусторонним существом, которое вряд ли ограничится тем, чтобы «только любоваться».

Бесконечное существование, которое опротивеет ей, надоесть, станет казаться бессмысленной чередой однообразных дней. Алиса считала себя сообразительной, да и чувства однозначно подсказывали, что будет именно так.

Возмущение комом застряло в горле. Она набрала воздуха в грудь, чтобы … то ли разрыдаться, то ли сказать ему, что это… чудовищно. Чудовищнее внезапной смерти и нормального человеческого старения.

И … остановила себя.

Так или иначе, она у него в руках. В его «умном» мистическом доме, совершенно беззащитная. И уже видит, к чему приводит, когда она открыто возмущается… Он, судя по всему, просто не понимает, на что ее обрек.

Нельзя орать на него, нельзя проявлять агрессию. Все что можно – говорить, как с диким умным хищником, которого нужно укротить, уговорить. Пробовать объяснить и договориться.

Доминик долго молчал, вглядываясь в ее лицо. А Алиса усилием воли заставляла дыхание выровняться.

– Послушай, – аккуратно произнесла она, – многие мечтают не стареть и жить вечно. Просто, понимаешь… Мы, люди, отличаемся от вас. Нам нужны другие люди, мы должны общаться с ними. Нам нужно куда-то ходить, что-то делать, где-то работать. Я … просто могу сойти с ума тут, одна. Даже без телевизора, без интернета, в конце концов… Я не уверена, что так… лучше.

– Ты не будешь одна, – отрезал Доминик. – Я буду с тобой.

– Только с тобой?! И с Гансом, видимо?! – не выдержала Алиса.

Стратегия поведения как-то вылетела из головы при виде его бескомпромиссного спокойствия. Оно просто бесило сейчас. Бесило куда сильнее, чем пугало. Он ведь действительно не понимает, на что обрек ее! И не понятно, как достучаться…

– Да, я не буду забираться других людей, – невозмутимо произнес он. – У тебя будет все, что захочешь. Кроме интернета. Он тут невозможен. Со временем ты привяжешься ко мне, тебе станет лучше.