Противостояние. Часть 5. Кто будет после, Ангел или Демон?

 – У тебя, что-то болит?

– Нет, все, как и должно быть, – прохрипела я, и посмотрела на Никиту.

– Но тогда, что, Настя? – Никита смотрел в мои безумные глаза и ничего не понимал.

– Схватки протекают, как положено, ты не доходила лишь несколько дней, это не страшно, Настя, – Марина стояла рядом с Никитой.

Никита пытался меня успокоить, но видя мое состояние ему самому было не по себе, он склонился ниже и снова посмотрел мне в глаза.

– Что с тобой, Настя? Что за паника?

– Я не знаю, Никита… – прохрипела я.

 – Я не понимаю, что это… – я взяла его за руку. – Мне страшно, Ник… Смерть… дышит мне в затылок… – я снова теряла сознание.

– Настя, – Ник снова поднес к моему носу нашатырь. – Настя, я очень прошу тебя, возьми себя в руки. С тобой все хорошо.

– Ни хрена не хорошо, Ник.

«Господи, что с ней? – думал Никита. – Она не боится родов, она не боится схваток, она не боится боли, она вообще ничего не боится… Что это? Истерика на фоне повышенного эмоционального уровня? Никита пытался успокоить сам себя, но понимал, что с Настей, конкретно, что-то не так.

Ни какой эмоциональный уровень не может повергнуть Настю в такое состояние. Тогда что? В такое состояние Настю может ввести, лишь… страх за жизнь малышей. Господи бред! Всю беременность с малышами все было в полном порядке. У нее нет ни каких признаков угрозы… »

Схватки усиливались, Марина готовила меня к родам. Я пыталась держать себя в руках. Один из присутствующих докторов показался мне странным. Все они были в масках и шапках, и понять, кто есть кто, я не могла.

Но его взгляд… В моей голове все перемешалось… Кто это? Что ему нужно? Почему он так странно смотрит на меня? Малыши?! Мое сердце сжалось в комок. Что со смой?

– Настя, тужимся. Все хорошо, первый малыш выходит, – Марина сама принимала у меня роды.

– Все хорошо, Настя, – Никита стоял рядом со мной, у моей головы.

– Настюша, умница, – сказала Марина, в родзале раздался плачь младенца.

Марина приложила малыша к моей груди, я поцеловала его маленькую головку.

– Матвеюшка, – тихо сказала я.

Марина передала малыша медикам и снова подошла ко мне.

– Настя, тужимся.

Мне стало невыносимо больно, боль не напрягала меня, но я понимала, что так быть не должно.

– Мне очень больно, что это, Ник? – я посмотрела на него.

Марина тоже посмотрела на него, при чем, весьма серьезно.

– Никита, плод лег поперек…

– Готовим кесарево!

– Мы не успеем. Пока подействует наркоз, малыш задохнется.