Полюби меня

И снова повисла тишина. Он катал по рту невысказанное и буравил меня взглядом. А я не знала, куда деться от напряжения и от его взгляда, в котором стояла и боль, и смущение… что ли.

– Послушай, – сказал он наконец словно через силу. – Тая… Я король. И я чудовище – по вашим меркам, – задумался, помолчал и продолжил: – Знаешь, вторая ипостась накладывает на нас отпечаток. И я… Мои поступки и решения не критикуют и не оспаривают. Я живу так уже почти пол тысячелетия. Я не привык просить прощения, – опять помолчал. Потом его взгляд блеснул, и он заговорил тверже: – Но я сам знаю, что поступил с тобой жестоко… нехорошо.

Я изумленно уставилась на него. Вот это точно было что-то новое, неожиданное.

– Если это уместно… Я приношу свои извинения.

Я опустила взгляд. Смотреть в его глаза – одновременно пронзающие и просящие – было невыносимо. Слишком жестоко он поступил – орала часть меня. Считай, просто убил тебя, сделал несчастными твоих близких… Невозможно стереть это одним извинением! А с другой стороны в голове проносилась фраза, которую нередко говорил мой отец: «Повинную голову меч не сечет».

Да и жалость в сердце билась тонкой нитью и даже причиняла боль.

– Я постараюсь, Альберт, постараюсь простить это, – сказала я, наконец подняв голову. – Понимаешь… Просто выходит, что ты приговорил меня к смерти ради спасения своей жизни! Поставил в безвыходную ситуацию…

– Не в безвыходную. Мы можем попытаться, – ответил он. Кажется, после того как извинения были озвучены, ему стало легче, к голосу вернулась обычная уверенность.

Но вдруг снова продолжил медленно: – Когда я встретил тебя, мне показалось, что с тобой все получится. Поверил в это, когда решил забрать. Знаешь … в это легко верилось после всех пустых красавиц, с которыми я провел этот год. И я знал, что будет сложно… Но не знал, что настолько! Я сам веду себя не так, как следует, наверное, хуже, чем мог бы…

– Что ты имеешь в виду? – спросила я.

– Я чувствую себя… неудобно. Поэтому могу быть грубым или слишком жестким.

– Бравируешь? – я подняла на него глаза. – Как подросток?

– Возможно, – серьезно сказал он. – И…

– Ты так и не сказал мне самого главного! – прервала его я. – Ты тоже должен меня полюбить? Что ты собираешься делать с этим?

Альберт искоса посмотрел на меня.

– Тая, для зачатия достаточно, чтобы человеческая женщина полюбила меня. Тогда твоя любовь и часть моей магии передастся потомку, и инстинкт продолжения рода не будет бурлить и во второй ипостаси.