Принцы и нищая, или Золушка на двоих

Кстати, надеюсь, тебе не приходит в голову садиться ужинать, не переодевшись? Ах, приходит?! …Ева, если ты будешь дальше есть также карикатурно, принц лишит тебя не только сладкого, но и первого, второго и третьего! Кто ест так некрасиво – не имеет права есть! Ну вот, уже лучше… Молодец!

Обычно Ева позволяла себе делать все правильно и изящно (то есть так, как на самом деле привыкла) примерно с пятой попытки. Но зато когда позволяла – мэтр искренне хвалил ее. И восхищался…

– Как много значит среда, воспитание! Посмотри, у тебя ведь все задатки светской львицы, но тебе не повезло.

А вот вырасти ты во дворце – и тебе не было бы равных!

После мэтра Строяна был еще портной, снимавший мерки и задумчиво кивавший, записывая их в свой блокнотик. Потом явилась Кария, чтобы собственноручно переодеть Еву к ужину.

И вот настал вечер. То есть ужин с принцем.

Второй экзамен в этой ее новой жизни.

Глава 5

Девчонка была в бордовом платье с пышными рюшами вдоль открытого декольте. Привычный выбор для вечера, но Грайнор был поражен.

На контрасте с тем воздушным образом, который он увидел прежде, сейчас Ева выглядела великосветской красавицей. Волосы убраны наверх, даже украшены какими-то драгоценностями – непонятно, откуда Кариа их вытащила…

Нужно купить девочке собственные, подумал Грайнор. Украшения ей понадобятся. И весьма дорогие.

Эта мысль оказалась неожиданно приятной. Хоть прежде Грайнор не получал особого удовольствия, даря женщинам драгоценности. Это было обычным знаком внимания, намекавшим, что дама ему интересна.

И что если не проявлять особой строптивости, то можно получить еще многое.

– Очень хорошо выглядишь, Ева, – словно бы лениво бросил он, хоть на самом деле был искреннее восхищен ее обликом. – Садись.

– Благодарю, ваше высочество, – девушка обозначила легкий книксен. Вполне грациозно, видимо, урок этикета не прошел даром.

И осталась стоять.

– В чем дело, Ева? – удивился Грайнор, приподняв бровь. – Я, кажется, сказал тебе сесть.

– Ваше высочество, мэтр Строян сказал, что я должна ждать, когда мужчина или слуга отодвинет для меня стул. А еще велел не плюхаться!

Грайнор искренне рассмеялся. Она была… такая очаровательная в своей непосредственности. И самое странное – его это трогает. И смешит. А это живые эмоции, от которых Грайнор отвык. Обычно его развлекали лишь его собственные интриги. Им самим сплетенная паутина.

Вот ведь нашел себе игрушку, усмехнулся он. Куколку.