Ректор на выданье

Это было так фальшиво, но все же прикосновение большой мужской руки не оставило меня равнодушной. Слишком давно со мной такого не случалось. Горячие пальцы мельком пробежались по моей коже, рождая ворох мурашек по всему телу.

Я мягко потянула ладонь на себя, высвободила из приятного лживого плена. Отодвинулась и откинулась на спинку кресла.

– Мэтр Колбин, – улыбнулась самой широкой и очаровательной из своих улыбок. – Разумеется, я всегда рада защитить честь и репутацию ценных сотрудников. И, несомненно, помогу вам, как только получу необходимое подтверждение вашей невиновности.

Будьте любезны – если, конечно, желаете моей помощи, – предоставьте мне все факты: те, на основании которых ваша жена делает утверждения о вашей измене, и ваши опровержения. Что-то вроде алиби. Думаю, вы меня понимаете. Мы проверим их, в том числе магическими методами. При необходимости – поговорим с коллегой, с которой вы якобы проводили время. Я хотела бы получить эти данные завтра.

Он побледнел.

А внутри меня заиграл победный марш.

То-то же, мэтр проректор. Вообще-то, я ведь и уволить могу, если будет доказано, что ты соблазнил аспирантку. Отношения между преподавателями и студентами не запрещены, но все должно быть на добровольной основе. А вот если преподаватель или тем более лицо административное использует свое положение, опыт и магию соблазнения, чтобы спровоцировать студентку на близость, то это однозначное увольнение.

Судя по реакции Черноглазки, здесь речь шла как раз о соблазнении.

– Подобные обвинения необходимо опровергать, – припечатала я его окончательно. – А то, знаете, когда я была аспиранткой, один преподаватель пытался воздействовать на меня магическим шармом. Его потом уволили. А вас мне терять не хотелось бы – вы прекрасно справлялись с ответственной должностью все это время.

Проректор побледнел еще сильнее.

– Ваше сиятельство, я… был не прав. Я больше не считаю нужным затруднять вас. Моя просьба была… неуместной.

А ведь еще десять минут назад он казался таким величественным, сильным. И вот уже готов унижаться, подумала я. Надо же, как я ошибалась в этом маге.

– Как желаете, мэтр, – ответила я, изобразив равнодушие, и опустила глаза на фолиант, лежавший у меня на столе.

Когда паразит вышел, все во мне еще кипело. Подобной гнусности я никак не ожидала. Разочарование оказалось на удивление болезненным, оно показало, что я могу сильно ошибаться в людях.