Жертва ферзя

Даже это нелепое чудо техники с гордым названием “телевизор” не работает.

– Постучите, – недовольно отозвалась Кристина.

– Сервис, – усмехнулся Марк. – Как вы здесь живете, люди? Вокруг лес и разваливающиеся дома, что здесь делать можно?

– В гости ходить, – ответила Кристина, и в голосе ее чувствовалась легкая обида. – Природой наслаждаться, рыбалкой, охотой, в настольные игры играть – это если совсем не знаете, чем заняться. Здесь есть очень много интересных вещей.

– Именно потому я сейчас снимаю дом в вымирающей деревне, который пустовал десять лет.

– Пять, – поправила Кристина.

– А сути не меняет. За пять лет его так и не смогли продать.

– Никто и не пытался. Хозяева пропали. Умершими их не объявляли, дети пока не могут получить наследство, так что поддерживаем как можем. Если кто-то остановиться хочет, отправляем сюда. Да вы не переживайте так. Лес рядом, погода замечательная. Прогуляйтесь до приезда супруги. У нас здесь зверей диких не водится, а природа великолепная.

Марк пообещал побродить по округе и вдоволь насладиться местной пасторалью, после чего повесил трубку.

По телевизору как раз показывали репортаж с открытия нового завода “Скай Технолоджиз”, а в кадре мелькал Андрей Лосев, на которого Марку уже тошно было смотреть. Зачем он взял Лосева своим замом? Странно, но пять лет назад физиономия Андрея не вызывала такого дикого раздражения, да и заместителем он казался хорошим. Что же изменилось?

Он несколько раз нажал кнопку черного пульта в прозрачном пакете и, не найдя ничего достойного, отбросил его в сторону, еще раз посмотрев на телефон.

Тот продолжал выдавать слабый сигнал. Не удивительно: все вокруг словно вымерло, не было слышно ни машин, ни человека, даже лая собак в ближайших нескольких километрах. Только монотонное гудение проводов и потрескивание телевизора.

Марк огляделся по сторонам. Его взгляд прошелся по полке с книгами (стандартный набор юного библиотекаря – вся популярная классика), заскользил по выставленной посуде, которую давно следовало выбросить, по нелепым шторам в цветочек и остановился на столе, где в центре вместо стандартной вазы стояла шахматная доска с расставленными фигурами.

Тридцать два, сосчитал Марк. Реально, тридцать два. Пожалуй, шахматы – единственное, что осталось в доме в идеальном состоянии. Марк поднялся с места и подошел ближе.

Черное и белое дерево с яркой, хорошо читающейся текстурой оказалось аккуратно вырезано и обработано.