Кузнец

Но те наотрез отказались, объясняя это тем, что они спешат и у них много неотложных дел. Они забрали Николая и поспешили со двора.

Валентина пригласила Сиваковых в гости, но Галя категорически отказалась, ссылаясь на плохое настроение. И они с сыном вернулись домой.

Галя улеглась на веранде на диван и задумалась. В голове крутились разного рода мысли, но все они сводились к одному – к Степану. Девушка понимала, что полюбила этого русского богатыря, и теперь ей предстоит принять его или отвергнуть. Она видела и знала, что и сама нравится ему, и не просто нравится.

И эти его слова, что какая-то женщина в селе пришлась ему по сердцу, были обращены именно к ней. И для нее он рассказывал тогда в машине всю свою биографию, хотел понравиться, хотел увлечь в разговор. А его глаза, такие голубые и выразительные, они так смотрели на нее, этого нельзя было не заметить. Но что же делать дальше? Нет, Галина не боялась Кузнецовой. Дело было в другом, завяжутся отношения, а что если он уедет? И что тогда? Тогда на сердце рана, а в душе печаль? Опять печаль? Но так не хочется никаких печалей, и когда же будет радость в жизни? И Галя твердо решила: надо подождать и не кидаться во все тяжкие, как сказал сам же Рогов.

С этого дня она стала всячески избегать встреч со Степаном. Как только он появлялся в поле зрения, она сразу же меняла свой маршрут и уходила проулками и дворами, лишь бы не пересекаться с кузнецом. Но он, напротив, искал этих встреч. Слухи о том, что Галина кем-то была сильно обижена, дошли и до него.

И ему не терпелось узнать: кто мог посягнуть на эту самую красивую девушку на свете, за которую он беспощадно отомстит любому.

А так как их драки с Кузнецовой никто не видел, а женщины сами молчали и никому не говорили о том случае, то и слухи по селу поползли разные.

Однажды Степан остановил Захарова и тихо спросил:

– Ты по селу треплешь всякие небылицы про Галину?

– Что ты, Степан! – испуганно заморгал тот в ответ. – Я ни-ни!

– Смотри, Серега, в бараний рог согну! – пригрозился ему Рогов, помахивая перед его носом своим увесистым кулаком.

– Да я что?! – оторопело смотрел тот на его кулак. – Я только видел, как она домой пришла вся такая… помятая, да потрепанная. Платье на ней так… все разодрано было. И вид был такой… печальный.

– Когда это было?

– Вот, недавно… – стал сразу вспоминать тот. – В прошлую субботу!

– Все, иди, – скомандовал ему кузнец, а сам задумался и медленно пошел по своим делам.