Миг между прошлым и будущем…

А ты больше не пытался ещё поискать свежие могилы? – спросила я Петровича. А то мы за одно ещё пару могил раскопать можем, как говорится «лиха беда начало».

– Ну и шуточки у тебя! – вздохнула Инга, собирая в сумку лейку и тяпку. – Пошли уже домой, так есть хотелось, а теперь как представлю, чем предстоит заниматься – аппетит напрочь пропал.

Дома, чтобы как- то отвлечь себя от грустных мыслей, я предложила подруге разобрать на чердаке хлам, копившейся там годами. Тётя, как многие пожилые люди с трудом расставалась с вещами, поэтому коробок на чердаке скопилось много.

Мы взяли у Петровича лестницу, мешки, для того, чтобы всё сложить, а потом на машине вывести на мусорную свалку. В коробках в основном лежали журналы «Огонёк», «Работница», толстые литературные журналы такие как «Юность», «Новый мир», много тетрадей с записями кулинарных рецептов. Инга, рассматривая всё это с сожалением в голосе заметила:

– Слушай, даже жалко выбрасывать, здесь всё с такой заботой упаковано, разложено по темам.

Давай пока журналы оставим, я почитаю и ещё раз всё просмотрю внимательно.

– Оставляй, мне самой жалко, – ответила я, раскрывая очередную коробку.

В одной из коробок мы нашли старую икону, она была до такой степени старинной, что даже образы на ней с трудом просматривались. Внимательно её рассмотрев, мы решили отнести её в храм:

– Отдам батюшке Владимиру, там она пригодится, а здесь как-то неправильно в коробке будет пылиться, я к сожалению, не так часто посещаю храм, а вот почему тётя сюда её решила положить? Она ведь каждый церковный праздник ходила в храм, почему не отнесла туда?

– Может забыла? – сказала Инга, рассматривая перетянутую лентой, пачку писем.

 – Смотри, это письма, адресованные не тёти, а похоже твоей маме. Их здесь целая пачка, и все разложены по годам, а последние несколько конвертов судя по всему из-за границы. Ведь твою маму звали Валентина Николаевна?

Я взяла у Инги эти конверты, внимательно прочитала и поняла, что все они были адресованы моей маме.

– Как думаешь, кто их присылал? Мама никогда не говорила мне, что у неё есть знакомые за границей, судя по маркам на конвертах – это Израиль. Мамы не стало почти десять лет назад, а тётя никогда мне ничего не говорила.

Инга взяла эту коробку и спустилась вниз:

– Всё, на сегодня хватит чердака, пошли разбираться с письмами из прошлого.