Родной, любимый и чужой

 – Кто это вам разрешил рвать наши цветы? Взрослый человек, а ведете себя, словно вор и дикарь! Вам не стыдно?

– Простите, рука сама потянулась к нему, – извинялся мужчина, держа в руке большой розовый шар. – Хотел понюхать, а он отвалился.

– А если все станут обрывать, что тут останется? Мы для вас их тут растим? Охрана! – позвала она крепких парней.

Те мигом оставили пост и поспешили на крики, желая немедленно навести порядок в офисе и проучить нерадивого посетителя.

В это время Баринов проворно и незаметно вышел через турникет и скрылся за дверью.

Аня все это видела и вздохнула с облегчением, понимая, что шефу удалось покинуть здание, почти незамеченным. Почему, почти? Да потому, что везде стояли камеры, и потом начальник охраны все равно вычислит, как именно исчез из здания их босс.

На крик из кабинетов вывалились почти все сотрудники и встали на сторону секретаря.

И только бухгалтер вступилась за клиента, понимая, что цветы рвут всегда, потому что они красивые.

– Анна, ничего не случилось, – заговорила женщина по-доброму ласково.

 – Он нечаянно. Он больше так не будет.

– Извините, не знаю, что на меня нашло? – оправдывалась Боровик. – Еще раз извините. Просто вчера уже кто-то сорвал один цветок, а тут вы еще. Вот меня и понесло. Простите, пожалуйста.

Мужчина протянул ей бутон гортензии, а сам виновато сказал:

– Пусть у вас постоит, а то завянет.

– Нет уж, возьмите себе, раз он вам понравился, – отклонила такую идею девушка.

Конфликт был улажен. Охранники вернулись на пост.

А Анна уселась за свой столик и закрыла лицо руками. «Получилось! – радовалась она. – Но что теперь буде? Ведь совсем скоро обнаружится, что гендиректора на месте нет и в офисе тоже».

А Евгений Семенович уже мчался на такси к своему другу, который держал автосервис по ремонту машин.

Тот встретил его с распростертыми объятиями, а сам весело поинтересовался:

– А что это ты на такси разъезжаешь?

– Удрал ото всех сразу, – честно сознался Женя. – Ты меня выручишь?

– Чем? – насторожился сразу Наумов.

– Паш, мне надо уехать. И так, чтобы никто про то не знал.

– Да ну?! – удивился Павел. – И куда, ваша светлость, собрался умотать?

– Тут недалеко, двести километров.

– К зазнобе, что ли? – усмехнулся он.

А сам рассматривал друга и пытался понять, что у него произошло в жизни такого знаменательного, что он сбежал от своей неусыпной, бдительной, верной и надежной охраны.

– Не угадал! – укорил его Евгений.