Сентябрьский жасмин

Он сразу пошел рядом с ней, а она взглянула на него, но молчала и медленно шагала дальше.

Василий не удержался и поинтересовался:

– Что вечером делать будешь?

– Корову доить. Огород поливать.

– А в кино пойдем с тобой?

– А я дома люблю смотреть.

– А можно я с тобой посмотрю?

Она обернулась на него, одарила своей обворожительной улыбкой и поинтересовалась:

– У меня дома?

И была уверена, что к ней в дом он точно не придет.

– Я мог бы пригласить тебя к себе, но ты девушка серьезная, и я тебе этого предложить не могу.

А вот в наш клуб приглашаю.

– Чтобы завтра все бабы языками чесали по деревне? – отказалась от такой затеи Голубкина.

А сама зашагала дальше, давая возможность придумать ему что-то еще.

– Насть, но так мы с тобой не сможем узнать друг друга, – негодовал Василий. – На речку пришла и почти сразу же ушла. Днем я тебя не вижу. Ночью ты никуда не ходишь.

– А зачем узнавать? Иногда люди проживут рука об руку, детей нарожают, внуков дождутся, а сами как были чужими, так и остались.

А другие, не раздумывая, в омут с головой и живут долго и счастливо.

– Я слишком взрослый, чтобы в омут с головой, – напомнил он и стал совсем серьезным. – И потом, моя профессия иногда дает мне право задуматься, потому что я такого повидал! И любимые любимым мозги так выносят! И это на полном серьезе. И не просто выносят словами, а лопатой и топором.

Она резко остановилась, мигом повернулась к нему и, заглядывая ему в глаза, наивным голосом спросила:

– Ты думаешь, я стану бить тебя лопатой?

Василий не удержался и засмеялся.

А сам подбирал слова, чтобы ответить достойно и правильно. Но в голову ничего не шло, и так же весело он задал вопрос:

– Нет?

– Не бойся, я не буду лупить тебя сковородкой или скалкой. А уж тем-более лопатой! – пообещала она. – Я придумаю что-то другое.

– Настя, ты пойдешь со мной в кино? – снова спросил он, желая продлить это приятное общение.

А сам прекрасно осознавал, что счастлив рядом с ней, счастлив от того, что видит ее, счастлив, что она призналась ему в любви и задает такие смешные вопросы.

– Нет, – мотнула она головой и зашагала дальше.

– Вот те раз! А выйдешь за калитку, как стемнеет? – спросил Фролов и поспешил за ней.

– Нет.

– Тогда, как же я тебя узнаю?

– А разве ты меня не знаешь? Мы столько лет здесь живем, словно на ладошке друг у друга. Вы лукавите, Василий Михайлович.

– Тогда завтра с паспортом и в сельсовет! – категорично заявил он.