Сентябрьский жасмин

– Не думал, что доставил тебе столько волнений и бессонных ночей, прости, – сказал он и взял ее руку в свою горячую ладонь.

А сам верил и надеялся, что ей достанутся именно те два процента, которые отпустили ей врачи, и у нее обязательно будут дети.

– Я в храм хожу, молюсь и прошу у Бога снисхождения ко мне. А там, как Он решит. Даст деток – хорошо. Не даст, буду жить без них. Или усыновлю.

– А родители знают?

– Нет.

– Почему ты им не скажешь?

– Зачем? Начнут меня расспрашивать, лечиться заставлять.

А я сама медик и все уже проштудировала в учебниках и врачей знакомых расспросила. Анализы несколько раз пересдала, обследование прошла. Детей у меня не будет – это точно.

– Насть, ты… правда… мне очень нравишься. Я потерял покой и сон. Все время о тебе думаю. И понимаю, что это любовь.

– И это не обман? – обрадовалась она.

– Но разница в возрасте меня пугает.

– Ты даже не думай, мы сразу обвенчаемся, и я буду тебе верной и преданной женой.

– Я все понимаю, и мне это льстит.

Но ты еще не нагулялась, как обычно говорят.

– Что значит, не нагулялась? По кустам не стаскалась, миллион мужиков не перепробовала? Ты это имеешь в виду?

– Нет-нет! – поспешил разъяснить ей Василий. – Просто на танцульки не ходила, романы ни с кем не крутила. Не с кем сравнивать будет.

– А зачем сравнивать? Я не хочу другого мужа. Мне никто кроме тебя не нужен. Как можно гулять с теми, кто не по душе? Это уже неправильно, это уже какой-то блуд через силу, – стояла на своем Настя.

 – А потом, как я могу давать парню надежду, когда не испытываю к нему никаких чувств? Даже в кино пойти с ним – это уже виды и шанс на продолжение отношений. А у него душа есть. Вдруг влюбится, страдать начнет. Я вон по тебе сколько страдала – больше четырех лет. Ночи не спала, есть перестала.

– Слушаю тебя и понимаю, что ты права. Но вот в груди и в голове что-то протестует, – сознался он.

– Боишься, что я от тебя налево пойду? Не бойся, – прильнула она к нему, – я обещаю, что тебе никогда не придется за меня краснеть.

Я покладистая и домашняя.

– Сластена, что ты со мной делаешь? – протянул мужчина, а сам обнял ее и прижал к себе.

– Я не делаю, я люблю тебя, – тихо шепнула она и замерла на его широкой груди.

– Тогда жди сватов, приду просить твоей руки у твоих родителей.

– Ты серьезно? – переспросила Анастасия на радостях и отстранилась от него, чтобы лучше видеть его глаза.