Тайга

Он уже давно догадался, что никто за ними не вернется, связи нет, а это значит, что и выбираться им придется самим. Карту порвал медведь, телефон испорчен, еды на неделю, а дальше придется добывать самим. Но пугало даже не это, а его спутница, которая безумно любит своего супруга и не желает идти дальше, упрямо веря, что тот ищет ее по всей тайге. В таком состоянии женщина далеко не уйдет. И захочет ли она вообще куда-либо двигаться, зная наверняка, что разлюбезный муженек блуждает где-то неподалеку? А из этого следует, что появилась первая трудность.

Бросить ее он тоже не сможет, разве правильно оставить человека в тайге одного, тем более, что это девушка? Конечно, нет. Значит, придется уговаривать её или заставлять силой.

Лиля проплакала весь день. И ближе к вечеру, видя, что никого нет, у нее случилась настоящая истерика.

– Как же так? – негодовала она от отчаяния и обиды. – Где вертолет? Где МЧС?

Гоша стоял в дверном проеме и с замиранием сердца слушал, как рыдала эта капризная бизнесменша.

А сам задумчиво смотрел в сторону реки, наблюдая, как несла она свои воды вниз по течению.

А вода бурлила, журчала и жила своей жизнью. В ней плескалась рыба, словно утешала их, что без еды они точно не останутся.

– Видно, кто-то и кому-то уже не нужен, – тихо рассудил он.

– Вы опять? – обрушилась на него женщина с упреками. – Что вы от меня ждете? Что я уйду от вас и вам будет легче выбираться отсюда, да? Так идите! Я вас не держу! Шагайте налегке!

– Куда ж я теперь без тебя?! – вновь съязвил он, не желая ей уступать.

 – Ты моя карма!

Но видя, что она снова дала реву, он решил оставить ее в покое, а заодно искупаться и по возможности поймать хоть какую-то рыбешку. Он уже присматривался к течению и понимал, что в речке есть чем поживиться. А это радовало и означило, что они будут сыты.

Приложив немного усилий, Гоша поймал небольшую горбушу и был безумно рад такому улову. А сам спешно разложил костер, набрал из речки воды и начал чистить добычу. Вскоре от костра потянуло едой.

Уговаривать и тревожить женщину он не решился, боясь очередной истерики и упреков в свой адрес.

Невинный доварил уху, вернулся в их укрытие и поставил котелок посреди стола.

Но Лиля резко отвернулась от него, не желая мириться с такими обстоятельствами, а сама заливалась слезами, оплакивая и свою карму.

– Лиль, ты, конечно, можете не есть. Но, чтобы выбраться отсюда, нужно кушать.

– Выбраться? – усмехнулась она и резко повернулась к нему.