Исцели меня

Почему-то работа психолога для меня ассоциируется с душевными болезнями, и мне было сложно признаться себе, что я такой. Но я наблюдаю некое расстройство в самом себе и очень хочу вернуться к прежней жизни и избавиться от моих снов, хотя это девушка мне очень мила.

На столе блестит золотая визитка, которую мне дал отец. «Климова София Вячеславовна» – красными ажурными буквами написано имя психолога. Неуверенно беру ее, покрутив мобильник в руке, начинаю набирать номер.

– Алло, – отвечает мне приятный женский голос, – я вас слушаю…

– Э-э, София Вячеславовна… я хочу записаться на прием… или вы даете консультацию по телефону?

– Я сейчас дома, буду очень вам признательна, если вы перезвоните завтра в мой офис, и тогда мы обсудим нашу встречу, – спокойным обаятельным голосом говорит она.

 – Представьтесь, пожалуйста…

– Я – Морозов Максим. До завтра.

Не дожидаясь прощальных слов, раздраженно швыряю телефон на кровать. И здесь облом, что за день такой. Ложусь на кровать, смотрю на белоснежный потолок и предаюсь воспоминаниями о ней.

Раз я не у психолога, то наслажусь своей страстью, вдруг после встреч с психологом мне запретят думать о ней.

Соотношу воспоминания из сна с внешностью Анастасии и прихожу к выводу, что это она или?.. Мне надо найти ее, во что бы то ни стало…

Она

Несмотря на опасность ночи, я люблю ее. Люблю смотреть в окна, где горит свет, и представлять, что за этим светом скрывается тепло и доброта, а если нет – то есть я.

Пусть я не смогу заглянуть во все окна, но смягчить сердца большинства сумею.

Молю лишь о том, чтобы небо дало мне силы и терпение, с остальным я справлюсь сама. Только образ моего поклонника еще преследует меня, возможно, в глубине души я очень хочу встречи с ним, но страх последствий разрушают все мои романтические представления о любви.

Глупо все… и любовь глупа. Как твердят ученые – это всего лишь химические процессы в организме человека…

Глава 3

Он

Сплошная пелена перед глазами, я пытаюсь хоть что-то нащупать руками и попадаю в нечто липкое и вязкое, как плотная паутина.

Она начинает облеплять меня, закутывая в плотный кокон, который лишает воздуха, и я пытаюсь разорвать его руками. Сквозь бесформенные разрывы проступает яркий свет, но каким-то мистическим образом разрывы срастаются, забирая последние лучики света, и наступает тьма. Я продолжаю бороться с непонятным для меня злом, продолжая рвать паутину.