Конкурс убийц

Он как-то не очень представлял хрупкую и улыбчивую Ольгу Кирьянову в качестве хладнокровного убийцы.

– Не может быть, чтобы это сделала Оля! – категорично заявила Мария.

– Вы так хорошо знаете Кирьянову? – строго посмотрел на нее Пятаков, и Маша тут же сникла и лишь молча покачала головой в ответ.

– Вы ее задержите? – после недолгого молчания поинтересовалась Мария Гурова.

– Значит, ничего подозрительного вы не слышали и возле номера ваших соседей никого в период между половиной пятого и половиной шестого утра не видели, – вместо ответа выдохнул Пятаков и тяжело встал.

 – Что ж, пойдем работать дальше.

– В коридоре есть камеры, – как бы между прочим заметил Гуров. Пятаков неопределенно дернул головой, опустил голову, но промолчал.

– Илья Ильич, – Лев Иванович решительно встал и направился к двери вместе с Пятаковым. – Если не возражаете, то я хотел бы поговорить с Ольгой Михайловной и осмотреть место происшествия.

Пятаков резко остановился в дверях, обернулся всем корпусом к Гурову и посмотрел на него исподлобья.

– Хорошо, Лев Иванович, – коротко ответил он после недолгого раздумья и, развернувшись, вышел следом за своим молодым коллегой.

Гурову все больше и больше нравился этот немногословный оперативник, который не стал строить из себя всезнайку законов и правил оперативной работы, хотя, по всей видимости, таковым и был на деле. Попросив Марию побыть в номере и пока что не звонить и не беспокоить Крячко, Лев Иванович вышел в узкий коридор отеля и через пару шагов уже был возле двери триста третьего номера.

Проход загораживал врач «Скорой помощи», который тихо беседовал с плачущей Ольгой, положив руку ей на плечо. Они посторонились, пропуская Пятакова и молодого оперативника, который, как нитка за иголкой, двигался за старшим напарником.

Увидев Гурова, Ольга шагнула к нему и прошептала севшим от пережитого голосом:

– Лев Иванович, я… Я ничего не делала…

И она снова расплакалась. Врач, искоса глянув на Гурова, заглянул в номер и сказал кому-то невидимому: «Мы поехали.

Труповозку вызвали, через двадцать минут прибудет», – и быстрым шагом ушел в сторону лифта, возле которого уже стали собираться любопытные – горничные и жильцы с этажа.

Лев Иванович посмотрел вслед медику и только потом перевел взгляд на Кирьянову.

– Ольга Михайловна, расскажите мне все, что случилось, – попросил он.

– Я сама еще все плохо понимаю, – ответила женщина и провела рукой по бледному лбу. – Я словно нахожусь в каком-то страшном сне.